Охота на Лань. История одной одержимости

Пико еле сдерживал себя, но было и в этой внутренней борьбе особое удовольствие. В предвкушении триумфа есть своя сладость, не сравнимая с победой и вкушением ее плодов. А дрожь добычи в руках придавала ощущение полной власти над ней, мощи, такой безмерной, что от торжества кружилась голова.

Когда он выпустил ее, Джованна метнулась в дальний угол. Больше сил с ним бороться у нее не было.

Он вышел за дверь и повернул ключ. Раз, два, три…

– Я никогда не пойду за вас! Слышите?! Слышите?! – заколотила она в дверь.

Он медленно улыбнулся и сжал в ладони ключ.

Лань – животное пугливое и осторожное. Но настоящий, скрытый норов Джованны был больше похож на львиный. Она была храбра, потому что чувствовала, что за ней стеной стоят братья; но если лишить ее этой поддержки, что станет? Подкосив ее опору, можно добиться того, что она опустится на колени. Как и положено трепетной лани.

– Пора исповедоваться в грехе, – усмехнулся Пико.

– Мы должны найти Джованну до похорон отца.

Лоренцо с раннего утра перебирал возможные места, где может быть сестра, но от усталости думал только об одном: в каком она будет состоянии, когда они найдут ее. Если найдут.

При одной мысли, что его сестру кто-то может обидеть, оскорбить, ударить, в нем закипал гнев. Но ему не на кого было обрушить его. И он лишь крепче сжимал челюсти, до скрипа зубов.

– В любом случае, мы же понимаем, что Джованна опозорена, даже если найдем ее, – вставил Джакомо.

– И что, Джакомо? Оставить ее им, раз они успели обесчестить ее? Ты это предлагаешь? – Лоренцо ударил по столу, Джакомо вскочил.

– Нет, не это. Но надо понимать, что…

– Это не причина оставить ее в руках этих негодяев, Джакомо, – мягко ответил Валентин. И добавил: – Хотя я думаю, что речь идет об одном человеке.

Лоренцо поднял голову.

– О чем ты?

– Кто так настойчиво добивался Джованны? Кто спас ее на карнавале, оказавшись рядом?

– Граф делла Мирандола? – Джакомо покачал головой. – Ты с ума сошел.

– А какой он? – Валентин покрутил в руке стакан. – Чем больше я думал этой ночью, тем больше убеждался, что он замешан в ее исчезновении.

– Но граф делла Мирандола… ученый… философ… гений… он не увлечен женщинами, – Лоренцо ничего не понимал. – На чем ты основываешь свои предположения?

– Он может быть и мерзавцем, Лоренцо. Никто от этого не свободен, даже гений. Вспомни, как он смотрел на Джованну, когда пытался посвататься.