Последний рыцарь короля

 – Получится, что он с нами путешествует!

– Что за чушь! Надо какое-нибудь другое имя, – сказала я, гладя котенка по голове.

– Тогда Вигенциторикс! – выпалил Вадик.

– Не паясничай! – Катя взяла у меня из рук котенка и погладила его. – Он вовсе не хотел тебя обидеть, малыш! Плохой дядя!

– Логарифм! – напрягшись, выпалил Вадик.

– Да ты что! – я пришла в ужас. – Никогда не любила математику, а ты хочешь обозвать логарифмом это красивое создание.

– Точно! – озарило Катю. – Мы ж лингвисты, так давайте его назовем каким-нибудь термином! Прикольно будет!

И тут, напрягая память, мы начали разбирать самые страшные слова из нашей непростой студенческой жизни.

– Неологизм! Вульгаризм! Антоним! Культя звука! Интонация! – выеживался Вадик.

– Синтаксис! Диалект! Говор! Заимствование! Инфинитив! Историзм!

– Историзм – прикольно, подошел бы по обстоятельствам, но не звучит.

– Тогда эллипсис! – предложил Вадик.

– Ты хоть знаешь, что это такое? – спросила у него Катя.

– Знаю, но забыл, – не растерялся Вадик. – Ладно, назови его Синтаксис, и дело с концом. Тем более, что на кис-кис похоже. Отзываться будет.

И мы назвали его Синтаксисом.

Второго июня мы свернули шатры и прибыли в порт, где наши вещи грузили на парусный корабль герцога.

– Как думаете, – держа на руках испуганного Синтаксиса, спросила Катя, – а Герцог д'Эсте найдет нас в Египте?

– Должен, – успокоил ее Вадик.

 – Он же поймет, что мы были вынуждены поехать вместе со всеми.

Герцог Бургундский, Вадик, остальные рыцари – все были при параде, одежда повторяла цвета их гербов, начищенные шлемы блестели на солнце, даже лошади заводились на корабль, накрытые попонами, на которых повторялся рисунок одежды хозяев.

Три больших королевских судна уже отошли от берега, когда мы закончили посадку.

На одном из них был король со своей свитой. Королевские корабли носили названия «Сент-Эспри», «Мон жуа» и «Парадиз», что в переводе означало «Святая надежда», «Моя радость» и «Рай», а корабль герцога Бургундского назывался «Модена» – скромное, практически никому не понятное название. Только мне оно говорило о многом: Модена – это город, где родилась донна Анна.