Орден Крона. Армия свободы

Парни благодарили от всего сердца, нюхали флаконы с надписью «Влюблённый оборотень» и даже не кривились.

– Пахнет шалфеем и лавандой, – повёл носом Мон и в очередной раз откупорил притёртую пробку.

– Кряхт, – ругнулся Комдор. – Забыл про подарки! Но с меня выпивка!

Я строго глянула в сторону Неда, но комментировать не стала. Мон завозил ногой по полу и опустил голову: должно быть, тоже забыл. Но это сущие мелочи. Самое важное то, что каждый из банды помнил о клятве.

– Мы с Фидег’икой тоже пг’итовили всем сюг’пг’изы, но вг’учим их на пг’азднике, – важно сообщил Куиджи.

– Меня Фиди и так сегодня одарила, – я указала на своё платье, и парни с сомнением оглядели его. – Кстати, красивая ёлка! Здорово, что ты украсил наш штаб!

– Ты её видишь? – отчего-то расстроился Куиджи и прямо сник.

Хотелось уточнить, почему учтивый комплимент вызвал такую реакцию, но глаз зацепился за циферблат с Иверийской короной. Часы показывали половину пятого, и это означало, что времени у меня почти не осталось.

А перед отправлением в Приют я собиралась посетить ещё одного, самого важного человека…

– Мне пора, – коротко кинула я и торопливо засобиралась.

Натянула перчатки, подхватила своё барахло и, обернувшись у самого выхода, обнаружила озадаченные физиономии. Банде явно было интересно, куда я собралась. Пришлось частично посвятить их в свои планы на ближайшую ночь.

– В бестиатриуме меня не будет, – сразу предупредила я, чтобы отсечь лишние вопросы. – У меня дела в Кроунице, так что встретимся уже завтра.

 – Куиджи открыл рот, но я торопливо перебила его ценными указаниями: – Держитесь подальше от Ракель и её шайки прихвостней. Особенно следите за Родриком Трейсли: он трусливый ублюдок и может нагадить по-тихому.

– А ты… – всё-таки начал Лампадарио, но я снова его заткнула.

– Буду со своим ментором, – уверенно соврала я, и на лицах друзей мелькнуло облегчение и понимание.

Возможно, когда они увидят Джера в бестиатриуме, вопросы у них снова возникнут, но объяснения я решила оставить на потом.

Сейчас слишком волновалась перед предстоящей встречей. Да и платье с причёской сковывали не только движения, но и мысли – приходилось контролировать каждый шаг и каждый взмах, чтобы ненароком не разрушить хрупкий наряд.

– Во имя Квертинда! – помахала я на прощание и, получив такой же ответ, дёрнула тяжёлые створки.

Ворота поддались не сразу, пришлось протащить их волоком, расчищая небольшой сугроб у выхода.