Остров чайки по имени Джуди

Ах, леди Джулия, просим вас, прочтите нам снова этот отрывок из книги писателя Грина! В такой чудесный вечер хочется вновь прикоснуться к загадочному и волнующему! Помилуйте, господа, ведь это действительно скучно и грустно, что на смену прекрасным фрегатам приходят чадящие, как печки, пароходы! За словами о прогрессе и комфорте исчезает само понятие красоты!

Перед глазами Джексона – лёгкое, как тихий вздох, скольжение шёлка, покачивание краёв белоснежной шляпы, милая ровная улыбка, как олицетворение естественности и гармонии, как отзвук далёкой дивной песни, слова которой стёрлись в памяти, но не в душе, как отблеск прощального и ласкового света на глади вечернего залива.

Джексон достал трубку и стал машинально набивать её. Мысли его были далеко. Забытый кем-то из матросов тент, натянутый на кронштейнах для просушки, удобно скрывал его в своей тени. Устроился он на ящике с песком, надёжном и широком, не то что эти ажурные плетёные кресла, на которые страшно дохнуть, не говоря уже о том, чтобы усесться.

Его не беспокоили, и, кажется, забыли о нём сразу после того, как Паркер его представил. Первые полчаса он ещё напряжённо и с содроганием ожидал расспросов о «мореходных приключениях», по простоте души не догадываясь, что всё состояние его написано на лице, а люди вокруг достаточно умны и деликатны. Постепенно напряжение спало, и Джексон занялся любимым делом – стал слушать, анализировать и думать.

Молодая леди вернулась с книгой.

Несколько секунд листала, не глядя на страницы, точно думала о чём-то своём, потом сразу начала читать.

Джексон смотрел на её склонённую голову с тяжёлым узлом каштановых волос, на голубоватые тени от шляпы, скользящие по прекрасной шее, на мягкое движение губ – сначала почти не слыша слов. Закатное марево, дрожащее на её тонких пальцах в кружеве перчаток… Золотая полоса света из приоткрытых дверей собора – Дублин, летний вечер, парнишка с пачкою непроданных газет, застывший у порога… Закаты на море, точно приоткрытая дверь куда-то в небо, так завораживающие его всегда закаты, в которых – больше, чем высота и сладость музыки, больше, чем горечь и соль воды и крови, больше, чем мольба и молитва… – ОТВЕТ на молитву…

– «Как бы то ни было, «Адмирал Фосс» был в пути полтора месяца,  когда на рассвете вахта заметила огромную волну, шедшую при спокойном море и умеренном ветре с юго-востока.