Позови его по имени (Самурай)

Что ещё нужно воину для счастья?

– «Обезоружу ли всех своих врагов, – будет ли мне этого мало?

Научусь повелевать звездам, – будет ли мне этого мало?

Обойдет ли слава обо мне весь мир, – будет ли мне этого мало?

Богат ли буду и любим, – будет ли мне этого мало?

Да, – если я перестану радоваться первому весеннему цветку,

жалок буду я, и нищ, и убог…»

– внезапно, медленно и не поднимая глаз, процитировала Нази древнекитайского философа Фай Линь Сыма.

– Кстати, там следующая строка…– светло и улыбчиво посмотрел на неё Нисан и продолжил по-китайски, а потом повернулся к Токемаде. – Это означает: «Мне жаль того, кто не сможет понять этого». Я присоединяюсь к этому мнению, но думаю, что пора заканчивать дискуссию, потому что другой китайский мудрец говорил: «Если ты что имеешь – поделись с врагом и станешь богаче на друга, но не делись с равнодушным, чтобы зависть не ослепила его, и ты не потерял бы не только имущество, но и жизнь».

– Да, я заметил, что ваши мудрецы умеют много и красиво говорить, – бросил самурай, – полагаю, что и в подлиннике поцветастее, чем ты привел. – Он с усмешкой поклонился и презрительно дернул щекой, – но оставим это и на их, и на твоей совести. По крайней мере – до завтра.

– Прозрачный намек, – засмеялся китаец. – Полагаю, что я окончательно разочаровал уважаемого японского бойца.

Вот если бы я начал вместо стихотворных цитат метать ножи в притолоку… Но оставим это действительно до завтра.

– Скажи мне, – вдруг произнес Токемада, когда, поблагодарив хозяев за ужин, гости уже поднялись из-за стола, – как согласуется твоя доктрина чистой совести и ненападения с тем, что ты пришёл сюда на поединок со мною? Думаю, ты и сам понимаешь, что уж завтра ты от меня трактатами не отобьешься и дуэль будет ни на жизнь, а на смерть?

– Хороший вопрос, – Нисан смотрел в глаза самураю всё также светло и спокойно.

 – А ответ таков: я не собираюсь убивать тебя ни завтра, ни послезавтра, ни – от всей души надеюсь – когда-либо в будущем.

Токемада застыл на месте.

Потом медленно произнёс:

– Так… Я думал, Китай выставил бойца…

Видно было, что японец еле сдерживается, когда он повернулся к хозяину дома.