Кровавая заутреня

Появление привлекательной Яси и переключение внимания на неё заметно расстроило девушку. Так бывает среди юных особ, чувствующих невольное соперничество.

– Ты снова собралась по делам, Ясечка? – поинтересовалась Ульяна Назаровна, не замечая смущения дочери.

– Мама просила зайти до кравца и заглянуть на рынок в Новом городе. А ещё в лавки, куда мы отдаём на продажу вышивку и плетение. Вы же знаете, как нелегко приходится после смерти папы. Рукоделие хоть и мало приносит дохода, но всё же… – Яся печально вздохнула.

– Да-да, вы с мамой труженицы. Чисто пчёлки. Как хорошо, что мы не разминулись с тобой. Алексей как раз возвращается на тот берег. Он тебя подвезёт! – обрадовалась Ульяна Назаровна. – Правда же? – Она обернулась к молодому человеку.

– Само собой, – Алексей кивнул и заметил, как помрачнела Кати. Это его обрадовало и придало уверенности, что он нравится девушке. – Что ж, позвольте откланяться. Сударыня, – он быстро приложился губами к руке Ульяны Назаровны, – Катерина Панкратовна, – произнёс он тихо, задерживаясь губами на перчатке Кати и подняв на девушку глаза.

Взгляд Алексея был настолько красноречив, что Кати вспыхнула от радости, а сердечко у неё забилось часто-часто.

– Матушка, может вы бы пригласили Алексея Захаровича к нам на ужин, – робко сказала она, – всё-таки он так любезно вступился за нас там у корчмы.

– И то верно! Спасибо, душенька, за подсказку! – всплеснула руками Ульяна Назаровна. – Приходите к нам завтра, Алексей Захарович, часиков эдак к восьми.

Познакомитесь с моим супругом, Панкратом Васильевичем, он будет рад, не сомневаюсь.

– Премного благодарен за приглашение! – воскликнул Алексей, приложив руку к груди. – Буду непременно!

Больше не задерживаясь, чтобы не показаться навязчивым, он вскочил в коляску и приказал вознице трогать. Яся уже устроилась на сиденье напротив и с любопытством наблюдала за возбуждённым раскрасневшимся капралом. Безусловно, он был очень красив – высокий, широкоплечий.

К тому же военный, а к мужчинам в форме Яся испытывала особую симпатию. Жаль, что не польский, но русские молодцы нравились ей не меньше, пожалуй, даже больше. Была в них какая-то настоящая, не показушная бравада, и чувствовалась особая внутренняя сила. К тому же Ясе очень хотелось выйти замуж и уехать как можно дальше от дома, где они с матерью перебивались доходами от сдачи верхнего этажа и небольшими выручками от продажи фруктов, овощей и вышивки.