Жду тебя у алтаря

Если ты этого хочешь, тогда желаю тебе удачи!

Искренне твой

    Роберто Бьянки».

Стефан уронил письмо на колени, обдумывая его содержание. Уже восемь лет он не ступал на землю Ликандера, потому что идея возвращения в родные места лишь благодаря милости брата казалась невыносимой. Но теперь у Стефана появилась возможность вернуться, бросить вызов отцу и по праву заполучить ту землю, которую любила мать.

Он закрыл глаза и представил себе ее нежное лицо, обрамленное темными волосами, и ласковую улыбку.

Но что делать с притязаниями на Солнечную рощу семьи Романо? Это не его забота. Не он написал это завещание. Роберто Бьянки решил, что плантация должна перейти либо к Холли Романо, либо к Стефану, – значит, так тому и быть. Это шанс вернуться в Ликандер, и Стефан решил, что воспользуется им, но ни за что не станет плясать под дудку покойного графа.

Холли вскинула взгляд на принца, который уверенным шагом вошел в комнату и обратился к адвокату:

– Нужно, чтобы вы как можно скорее отослали копию завещания моим юристам.

Джеймс Симпсон поднялся из-за стола.

– Разумеется. Могу я поинтересоваться, зачем вам это необходимо?

– Я планирую оспорить условия завещания.

Адвокат покачал головой, и его губы тронула улыбка.

– Со всем уважением к вам… Можете, конечно, попытаться оспорить это завещание, но у вас ничего не выйдет. Роберто Бьянки был не дурак, и я тоже свое дело знаю. Вы не сможете ничего изменить.

– Это мы еще посмотрим, – упрямо стиснул зубы Стефан.

– Как бы ни сложилась ситуация, Томас Романо сохранит за собой право жить в доме, который сейчас занимает, до самой своей смерти. Каждый год мистеру Романо будет выплачиваться сумма, в три раза превышающая его нынешний доход управляющего, – вне зависимости от того, будет ли он продолжать работать.

Холли нахмурилась.

– Иными словами, новый владелец может выгнать его с должности, но ему все равно придется платить моему отцу содержание, и вдобавок отец сохранит свой дом.

Что же, это достаточно честно, но Холли понимала, что в таком случае отца, скорее всего, уволят, и он просто постепенно угаснет, если будет вынужден наблюдать, как кто-то другой управляет Иль-Боскетто-ди-Соле. Особенно если это будет Стефан Петрелли, сын женщины, которую Томас когда-то любил, но которая его отвергла.

– Больше никаких условий в завещании не содержится, – добавил Джеймс Симпсон.