Осколки ненависти

Но почему-то ей до сих пор никого из них не удалось склонить к женитьбе. Лариса не падала духом и постоянно ждала своего принца на белом коне, поэтому на каждого входившего в зал мужчину она смотрела как на потенциального жениха.

Петрович вытянул ноги под столом. Жаль, что нельзя было закурить в зале, а выходить курить на улицу не было сил.

Через несколько минут Лариса принесла яичницу с шипящими шкварками, к ней огурцы и помидоры, армянский лаваш и, конечно, кружку ароматного кофе, который сварил умелец и большой специалист в этом деле Артур.

После сытного завтрака захотелось спать. Петрович позволил себе прилечь на диване в кабинете, потому что сегодня общий сбор всех членов группы был назначен на 12 часов.

Все приехали вовремя.

Петрович поставил посреди кабинета доску на высоком штативе. Теперь было модно располагать все данные на доске и рисовать стрелки от одного подозреваемого к другому.

– Итак, что мы имеем? – строго спросил Петрович. – Вам слово, Алексей Иванович.

Тот неторопливо поднялся с места и начал рассказывать:

– Ядвига Францевна Гольт, 35 лет, проживает, простите, проживала по адресу: Лесная улица, дом 4, квартира 16. Там она прописана, там и жила. Это квартира ее мужа Сорокина Максима Степановича. Но со слов соседей, дамочка там уже месяц не появлялась.

Как всегда, помогли получить информацию бабушки на скамейке и добросовестные соседи. Одна из них, Анна Сидоровна, подробно рассказала, что Ядвига переехала сюда год назад к мужу Максиму.

До последнего времени жили они тихо и мирно. Всегда здоровались, подчеркнула Анна Сидоровна, но вот полгода назад словно кошка между ними пробежала. Стали ссориться, громко кричали друг на друга. Максим часто выбегал как ошпаренный, садился в машину и куда-то уезжал. Иногда возвращался поздно вечером, а иногда пропадал по несколько дней.

Она часто видела, что в эти дни Ядвигочка тоже уходила из дома ярко одетая с вызывающей косметикой.

Анна Сидоровна решила, что та работает по определенной специальности, наверное, из-за этого Максим и сердится. Хорошо, что у них не было детей, а может, и плохо – были бы детки, она бы себя так не вела…

Петрович прервал Алексея Ивановича и сказал:

– Итак, складывается впечатление, что наша героиня была, что называется, «женщина низкой социальной ответственности». Это нам сообщили две соседки, которые ее видели в соответствующем образе.