Охота на древнего

Пора заканчивать это дело, и Джек очень надеялся на то, что ему удастся провернуть все до того, как Алекс узнает правду.

?

Отец Алекс, Говард Кинг, был некромантом и всю осознанную жизнь пытался скрывать свою натуру. Некроманты – любимчики смерти, но порой за ее благосклонность приходится платить непомерную цену. К тому же некромантов боялись, сторонились и совершенно определенно не любили. Для всех остальных: как людей, так и других двуликих, они были своего рода изгоями, аутсайдерами, с которыми предпочитали не связываться, но иной раз не брезговали прибегать к их услугам.

Ни к чему удивляться, что Кинг не стремился афишировать кто он, хотя в мире двуликих скрываться довольно сложно: нелюди чуяли друг друга. Когда Говарду было двадцать пять, он познакомился и женился на Эльсберет, своей первой и единственной любви. Эль, как ласково он называл жену, родила ему дочь, Александру. Полукровку: наполовину ведьму, наполовину некроманта.

Подобные браки и тем более подобные дети не приветствовались среди чистокровных, их боялись не меньше, если не больше остальных.

Считалось, что полукровки обладают огромной силой, но нравственно неустойчивы, так как столкновение двух столь разных видов может дать непредсказуемый результат.

Повзрослевшей Алекс тоже приходилось скрывать свою двойственность, ведьмовские навыки помогали в этом, и ее часто принимали за обычного некроманта. Но были и те, кто жил уже достаточно долго и с легкостью видел истинную суть девушки. Больше всего, конечно, ее боялись люди, вообще лишенные каких-либо способностей и сил.

Для этих слабых существ она и подобные ей двуликие всегда оставались париями, несмотря даже на двухсотлетний договор о мире.

Трезвонил будильник, а может, это был мобильный, только голова Алекс просто разрывалась изнутри. Создавалось ощущение, что маленькие снаряды без конца бомбардируют ее мозг. Нащупав подушку и запустив ею в причину зубодробящего шума, какой бы она ни была, девушка ощутила мимолетное удовлетворение.

Она не осознавала, насколько сильно вымоталась, пока не добралась до дома и не провалилась в беспамятство.

Это всегда был тяжелый, полный мрачных, неясных видений сон. Часто ей снились те, кого она вызывала с той стороны, мертвые и немертвые одновременно. С запавшими глазницами, с высохшей кожей, но неизменно осознающие, кто они и что. Думать для мертвых было несвойственно, и еще ни разу Алекс не доводилось видеть, чтобы пробужденные обладали сознанием.