Светлая для наследника

Как же я могла забыть о метке?! Теперь до конца срока действия контракта мне придется постоянно находиться с ним рядом, чтобы магия не позволяла рисунку ядовитого плюща «расти», опоясывая мою грудь, лицо, руки…

– Прекрасно, уважаемые. – Договор тут же исчез со стола. – Отлично. Ну что же, до встречи в моем доме за неделю до начала занятий.

– Что? – Я наконец смогла перевести дыхание, да и боль начала отступать. – Зачем?

– Уважаемая, – со вздохом, как маленькому ребенку, объяснил сопровождающий Берхольда светлый, – до начала занятий вам необходимо ознакомиться с распорядком дня уважаемого Кира Бертольда, изучить его привычки и, в конце концов, помелькать на людях вместе.

К тому же, если вы не будете находиться рядом с вашим подопечным, метка разрастётся, и уже никто и никогда не захочет иметь с вами никаких дел. Вы же понимаете, что это станет нарушением договора и опозорит ваш род?..

– Да, конечно… – Я сглотнула и быстро перевела дыхание. Кивнула на тонкую папку, в которой были собраны все материалы о светлом: – А это тогда что?

– Инструкция для вас.

А теперь прощайте, уважаемые!

Мужчины поднялись и, больше не обращая на нас внимания, исчезли за дверью кабинета.

Я, осторожно встав, подошла к отцу и положила дрожащую ладонь ему на плечо. Отчего-то меня лихорадило, мышцы живота непроизвольно сокращались. Пачкая кровью светлую ткань его костюма, потрясла за руку.

– Папа, все в порядке?

– Что? Да, милая! Все хорошо. – Он вымученно улыбнулся мне и поднялся со своего места.

 – Ну что же, раз контракт вступил в силу, мы можем отметить это дело, не так ли?

– Так. – Я, стараясь скрыть нервную дрожь, улыбнулась ему. – Предлагаю сделать это в ресторане!

– Отличный выбор, милая! А теперь иди сообщи матери, а я пока уберу бумаги.

Глава 2

Спустя две недели я выходила из богато украшенного экипажа перед домом своего «жениха» – Кира Берхольда. Несмотря на столь громкое звание, наши отношения и поведение были четко прописаны в составленном и подписанном контракте, а также в инструкциях.

Особое внимание уделялось моему внешнему виду, поведению, даже голосу. Главными пунктами были: кротость, послушание, абсолютное согласие со своим «женихом» во всех вопросах. Наедине я могла оставаться собой и даже высказывать собственное мнение по тому или иному вопросу. Но на людях была обязана во всем поддерживать светлого.

Конечно, все эти тонкости уходили на задний план, как только дело касалось безопасности его жизни.