Рождение феникса

Мы резко обернулись на голос и увидели, как высокий незнакомец пинает труп морринга. Быстро окинула мужчину взглядом: черная одежда, тяжелая обувь, коротко остриженные светлые волосы и пронзительные светло-голубые глаза. Напряженный, как стальная пружина. Все сходилось к одному:

– Ты отшельник?

– Да, миледи. Позвольте представиться: мое имя Лотион. И, если вы не возражаете, мы побеседуем после того, как я приведу вашего спутника в порядок.

Мур! Как я могла забыть?! Вслед за Лотионом бросилась к своему ирбису и упала рядом с ним на колени.

Мужчина успокаивающе потрепал меня по плечу и склонился над зверем. Какое-то время он совершал незнакомые пасы руками над телом животного, после чего Мур открыл глаза и сразу лизнул мою руку. Не в силах сдержать эмоции, обняла ирбиса за шею:

– Ты живой, счастье мое! Никогда меня так больше не пугай!

«Не буду» – раздался мягкий голос в моей голове.

– Так ты разговариваешь! Это лучшая новость дня! Я уже боялась, что придется тебя понимать так же, как и вьюнка.

«Конечно, разговариваю. Я же часть тебя, твой оберег, твой спутник. Я хотел открыть тебе это позже, но обстоятельства вынуждают говорить уже сейчас. Прости, что не смог убить морринга».

– Морринга может убить только морринг, – отозвался Лотион, –так что не вини себя, спутник.

– Хватит топтаться в моей голове! Не разум, а проходной дом какой-то!

– Эм, ребят, вы о чем? Можно краткий пересказ, а то со стороны вас послушать – так бессмыслица какая-то, – подала голос Алесара.

– Если кратко, то я привел в чувства ее спутника, он с ней заговорил, извинился, что не смог убить морринга, а я подслушал. – После последнего слова Лотион лучезарно заулыбался.

– В этом мире хоть кому-то бывает стыдно за нерадивые поступки? – пробормотала я себе под нос.

– Нет, на Орбис-Луа живут только наглые хамы, барышня.

– Лотион, не нарывайся, утопит, – с ухмылкой предупредила Алесара.

– Не утопит, – в очередной раз расплылся в улыбке Лотион, – я еще пригожусь Мирами.

– Стой, откуда ты знаешь ее имя?

– Оттуда же, откуда и твое, Алесара. Не спрашивай, по крайней мере, сейчас. А пока что возьми вот это, – обернулся он ко мне и передал вытянутый медальон в форме клыка, – как только я тебе понадоблюсь – сожми его в ладони и произнеси мое имя.

Приняла медальон из его рук. Интуиция подсказывала, что это был настоящий клык морринга.