Попаданка

– И зачем тебе это? – Алена Николаевна демонстративно презрительно скривилась. – Знаешь ведь, что наследство крохотное: ваш неказистый домишко, земля да цеха швейной фабрики в пригороде. Сто раз уже говорила, что дела фирмы идут из рук вон плохо. Продавать ее срочно надо. Глядишь, хоть какую-то копеечку для вас, бедняжек, выручить удастся.

Вот это новости! У Метельских есть действующий бизнес?!

Не отвечая, я принялась читать опись имущества. Опекунша не соврала: по наследству Владиславе действительно отошел «неказистый домишко» с земельным участком и коммерческая недвижимость, где размешалась швейная фабрика.

Ну и кое-что «по мелочевке», о которой Алена Николаевна стыдливо умолчала: счет в банке на имя моей предшественницы, машина неизвестной мне марки и множество предметов домашнего обихода.

И пусть я действительно не знаю, сколько в этом мире стоит хлеб, но оставленных Метельским дочери ста миллионов рублей точно не на одну булку хватит.

Впрочем, радоваться преждевременно. В эту сумму входит все наследство.

Для большого бизнеса оборотных средств явно мало. Да и в каком состоянии сейчас фирма, находящейся несколько месяцев под управлением опекунши? Интуиция подсказывает, что дела там реально очень и очень плохи, и в действительности этих ста миллионов уже давно нет.

Размышления прервал раздраженный голос Алены Николаевны:

– Владислава, к чему этот детский сад? Новому в завещании появиться просто неоткуда. И, к твоему сведению, оплата выезда нотариуса почасовая, а Дмитрий Александрович очень дорогой юрист.

Сама понимаешь, лишние траты сейчас совсем ни к чему, и так копейки считаем, – она укоризненно покачала головой. Протянув мне ручку, добавила: – Подписывай документы, и отпустим, наконец, Дмитрия Александровича.

– Не волнуйтесь, Владислава Юрьевна, – безмятежно откликнулся нотариус, – дополнительной оплаты я не возьму. Вы можете знакомиться с документами без спешки, как и без стеснения задавать вопросы, если они у вас появятся. Я полностью в вашем распоряжении.

– Алена Николаевна, позвольте полюбопытствовать, – я обаятельно улыбнулась сердито поджавшей губы женщине, – а до получения опеки надо мной какой у вас был основной источник дохода?

– Не понимаю, – озадаченно пробормотала та, – к чему этот вопрос?

– И все же?

– Если уж ты все позабыла, то напомню, – «тетушка» горделиво вздернула подбородок. – После смерти родителей ты, моя дорогая, не могла жить в вашем доме: слишком страдала и мучилась.