Софья. Другой мир

Сидя за столом, покрытым белоснежной скатертью, близняшки в одинаковых темно–синих летних платьицах пили чай и ели сахарные булочки. Да вот только происходило это в гробовой тишине. Малышки даже не смотрели друг на друга.

«Может, поссорились?» – мелькнула мысль.

Не торопясь заявлять о своем появлении, неспешно осмотрелась. Для съемной квартиры было довольно–таки неплохо. Встроенная кухня из темно–коричневого лакированного дерева полностью занимала одну из стен. Газовая плита, вместительный холодильник – здесь было все, что нужно.

Быстро оглядев широкие рабочие поверхности и немного покосившиеся от времени дверцы шкафов, отметила их идеальную чистоту. Одобрительно посмотрев на экономку, сделала несколько шагов от двери.

Медленно отвернувшись от окна, Надежда украдкой вытерла глаза краешком салатового полотенца и печально вздохнула. Подняв взгляд, увидела меня и, тут же виновато улыбнувшись, cловно занималась чем–то постыдным, торопливо сказала:

– Госпожа, все горячее. Вы будете полностью обед или как обычно?

– Как обычно, – подумав несколько мгновений, отозвалась я.

Раздумывая, что с моим обедом не так, неспешно подошла к столу. Усевшись напротив близняшек, тепло улыбнулась. Удивительно слаженно подняв головы от кружек с чаем, девочки посмотрели на меня. Секунды шли. В полной тишине мы сидели и смотрели друг на друга. Поочередно переводя взор с одного хмурого личика на другое, я не понимала, что происходит.

– Сестрица, – неожиданно сказал одна из малышек, – мы пообедали.

Уроки сделали. Можно пойдем во двор?

Девочка смотрела на меня с какой–то непонятной настойчивостью.

Озадаченно нахмурившись, я проследила, как экономка аккуратно поставила предо мной большую плоскую тарелку с мясом и овощами.

«Девушка не жаловала первое», – мгновенно вспомнила я. Поблагодарив женщину кивком, перевела взор на ожидающих решения девочек.

– Хорошо, – я тепло улыбнулась и на всякий случай добавила: – Только со двора не убегайте.

Очень серьезные для их возраста, неулыбчивые девочки синхронно кивнули в ответ.

Встав из–за стола, сдержанно пожелали мне приятного аппетита и тихонько ушли. Поводив их худенькие фигурки задумчивым взглядом, перевела взор на Надежду.

– Плохо им, – верно расценив мой взгляд, негромко сказала женщина. – С тех пор как ваша матушка умерла, стараются либо сидеть в своей комнате, либо быть на улице.

Сочувственно улыбнувшись, Надежда бесшумно отошла к плите и сделала вид, что занята по хозяйству.