Игры с огнем. Книга 2

– Пусть логически обоснует свое нахождение здесь!

– С каких это пор бета-пол должен логически объяснять свои поступки?

Шейр хотел еще что-то возразить, но Конхстамари, не слушая более, подошел ближе к нам. Райлис тотчас прибрал копье и вытянулся по струнке.

– Спасибо, Райлис, – кивнул ему Конхстамари и протянул руку мне. – Золотко, идем.

Я неуверенно подала руку; она предательски дрожала. Кондор приобнял меня за плечо и гостеприимным жестом указал Шейру идти вперед. Тот оскалился, фыркнул и прошел, демонстративно прибавив шагу.

– Гулять она ходила… У твоей девки губа не дура. Такой палец в рот не клади…

– А и не надо моей наложнице свои пальцы в рот совать, – едко ответил Кондор. – Откусит – даже извиняться не буду.

Отвечать Шейр не стал, его шаги отдалялись и постепенно затихали.

– П…рости, пожалуйста, прости, – дрожащим голосом проговорила я.

Кондор взглянул на меня, и его в янтарных глазах отразился вопрос.

– Я не знала… Я не нарочно.

– Ты ничего такого не сделала, – проговорил он твердо, погладив меня по плечу. – Шейр пусть извиняется.

Минут через десять ходьбы и молчания, я вспомнила то, о чем хотела сказать, и, убедившись, что мы одни, негромко заговорила:

– Конхстамари… Послушай… Здесь сегодня есть юноша, его зовут Марко. Мы с ним разговаривали сегодня, и…

Я видела, как по мере того, что я говорила, его лицо мрачнело.

– Наложник Таркхе-Чжаара. Знаю. Знаю эту историю…

– Ты не можешь ему помочь? – догадалась я.

Конхстамари покачал головой.

– Увы. По договору с Аррейшем – все честно. Их семья попросила помощи, он потребовал услугу. Таковы правила. Услуга за услугу, э?шхрэ ай э?шхрэ. Я уже разбирался в этой проблеме, и к сожалению, я ничем не могу помочь.

Я вздохнула. Жаль, но Марко был прав.

Мы вернулись в парадный зал. Вечер подходил к концу. Спустя некоторое время гости начали расходиться. Йолю я не застала – Раттен’Хару улетел одним из первых.

Облака разошлись, и открылось небо, темное, звездное и глубокое. Оно было подобно океану с мириадами крохотных светящихся созданий, на миг остановившему свое бесконечное движение. А может, просто замедлившему. И скоро волна, невидимая человеческому глазу, свершит свой медленный путь и провернет звезды по кругу…

Я сидела, кутаясь в теплый тулуп, в мягких удобных ботинках, и смотрела в небо.