Реалиям вопреки

Плоды разрезали и уговорили их попробовать, а потом, когда оба гостя начали увлечённо есть оранжевую мякоть, сидели и рассуждали о том, что сейчас происходит у каждого дома. Иван вспоминал свою лётную часть, а Елена – семью.

Мартин был серьёзен и молчалив, не торопясь налаживать контакт с русскими, особенно хмуро он косился на Ивана, пристально рассматривая его военную форму и несколько раз переводя взгляд на парашют. Было видно, что мужчина пытается анализировать то, что видит, и ему не удавалось прийти к какому-то более-менее логичному умозаключению.

На Елену новый знакомый тоже иногда посматривал, но совсем по-другому, украдкой оглядывая её статную и стройную фигуру, обтянутую синими джинсами и белым топом.

– Что будем делать? – спросила Лена у всех присутствующих, когда Мартин и Чарли вернулись с ручья, и перевела взгляд на Ивана.

– Мне кажется, что нам надо опять сходить к воротам, показать их новеньким. Вдруг у них промелькнёт какая-то мысль, или случайно получится их открыть.

– Ты сам-то в это веришь? – засомневалась Лена.

– Всё равно делать больше нечего. Погуляем там, а потом пообедаем и пойдём купаться к морю. Как тебе такой план? – он игриво улыбнулся ей и перевёл взгляд на Мартина, который ничего не понял из их разговора и настороженно следил за ними.

– Отойди, дай мне жестами объяснить ему, – вызвалась Лена и подошла к серьёзному полицейскому.

– Мартин, – обратилась она, затем повернулась в сторону горки, куда они вчера ходили, и начала показывать, что они хотят туда идти, и он с сыном пойдёт с ними.

– Нарисуй ты ему план, так понятнее будет, – подсказывал Ваня, видя, что Мартин начал сомневаться в умственных способностях Лены, рассматривая её взмахи руками и гримасы.

После того, как на мелкой каменной крошке, покрывавшей землю около камней, они с горем пополам начертили некое подобие карты и показали, куда они собираются идти, мужчина приободрился, закивал головой и улыбнулся Лене.

– Ну, да, язык жестов я не изучала, что Вы хотите от женщины, – пожала она плечами, и её лицо вдруг озарилось какой-то идеей. – О! А, может, он понимает по-английски?! Я же в школе английский учила. Правда, почти ничего не помню, но пару-то слов связать смогу! – расплылась в довольной улыбке. – А ты какой язык учил? – спросила на всякий случай у лётчика.

– Немецкий, – развёл тот руками.