Человек у руля

Даже сестра была шокирована и посмотрела на меня так, как будто бы я допустила ужасный промах.

Но тут раздался какой-то звук, дверь открылась, и мы вошли в дом, навстречу нам по красивой лестнице спускалась женщина из окна. На ее голове не шевелился ни один золотистый волосок. Она провела нас в белую приемную и спросила, как нас зовут.

– Подождите здесь, девочки, – велела она и поинтересовалась: – Хотите апельсинового соку?

– Нет, спасибо, – сказала сестра.

– Да, пожалуйста, – сказала я одновременно с ней.

Золотоволосая женщина вернулась с одним большим стаканом апельсинового сока и пухлым бумажным пакетом. Сестра протянула наш конверт с деньгами и взяла пухлый пакет.

– Мы случайно пошли в зоопарк, – выпалила я.

– Случайно? – с улыбкой сказала женщина.

– Ну, мы пошли туда намеренно, но задержались случайно, – объяснила сестра.

– А у вас в Лестере нет зоопарка? – спросила женщина.

– У нас есть очень хороший зоопарк «Твайкросс», но он находится в другой части графства, – сказала я, – и мы туда не поедем.

– Кроме того, Лондонский зоопарк всемирно знаменит, – добавила сестра, которая всегда хорошо формулировала мысли.

– Да, правда, – согласилась женщина.

– Но в зоопарке «Твайкросс» живут шимпанзе, которые снимались в рекламе чая, – сказала я.

– Ах, так вот они откуда, – удивилась женщина.

– Да. Это настоящие шимпанзе, – гордо сообщила я.

И мы вышли на улицу с нашим пакетом, и поймали такси до вокзала Сент-Панкрас, и сели на пятичасовой поезд в Шеффилд с сотней других людей, которые почти все сошли раньше.

Выходя из поезда в Лондоне, я оставила комиксы на сиденье, потому что по глупости решила, что обратно мы будем возвращаться на тех же местах. Но, сев в обратный поезд, я, к счастью, сразу поняла свою ошибку и не стала искать журнал, так что сестра не узнала о новом моем промахе.

В Кеттеринге сестра напомнила:

– Не рассказывай про зоопарк.

В сувенирном магазине я купила Крошке Джеку малюсенькую гигантскую панду на подставочке, там золотыми буквами было написано: «Из Лондонского зоопарка».

– А можно хотя бы Крошке Джеку рассказать? – спросила я.

– Боже, нет, он последний человек, которому можно об этом рассказывать, он раздует из этого целую историю, и его учительница расскажет маме, и мама разволнуется. Просто молчи.

Я была из тех людей (и до сих пор из них), которые если не поделятся впечатлениями, то как будто ничего и не происходило.