Идеальное тело

Впрочем, Лина, встав на весы, каждый раз давала себе клятву быть беспощадной к себе в борьбе с лишними килограммами, однако вскоре вольно или невольно нарушала ее. Так порой профессиональный спортсмен искренне клянется быть верным олимпийским законам, но опять и опять попадается на допинге. На каком-нибудь никому не известном прежде мельдонии, например. Или же подросток обещает слушаться старших и приходить домой не позже восьми вечера, однако каждый раз заявляется после полуночи и нетрезвым. Почему – он и сам не знает.

Ну просто воля рока какая-то!

Лина гнала лишние килограммы беспощадно, словно конкистадор, теснящий индейцев с их исконных земель, однако, подобно все тем же испанским захватчикам, терпела поражение за поражением… Все из-за того, что, оказавшись в клубе, Лина рано или поздно пробегала мимо этого чертового кафе. Из открытой двери в коридор каждый раз долетали восхитительные ароматы, начисто парализуя остатки её воли. После непродолжительной, скорее ритуальной, борьбы с собой благоразумие неизменно отступало, и Лина незаметно для себя опять оказывалась за круглым столиком с мраморной столешницей.

Однако был и бонус: вскоре из-за всех этих вкусностей ее настроение менялось к лучшему. Недаром психологи говорят, что вкусная еда – лучший антидепрессант!

Лина сразу же заметила в кафе своего нового-старого знакомого, а именно – сочинителя готических романов Башмачкова. На сей раз мужчина выглядел намного симпатичнее, чем в танцевальном зале. Волосы были вымыты и приглажены, лицо уже не напоминало перезрелый помидор, покрытый каплями росы.

Темно-синий свитер смотрелся опрятно, хоть и напоминал о шестидесятых годах прошлого века, когда повсюду висел портрет «папы Хэма», то бишь модного тогда, а нынче слегка подзабытого писателя Хэмингуэя.. Видавшие виды ботинки «папы Хэма» нашего времени были начищены до блеска, а спортивная сумка выглядела почти новой…. Литератор поджидал Лину за дальним столиком, на котором красовались две прозрачные чашки и стеклянный чайник с чаем какого-то странного красного цвета.

«Этот напиток стоит здесь столько, сколько несколько пачек хорошего чая в магазине. Когда Башмачков узнает цену, он надолго забудет сюда дорогу, – подумала Лина с тревогой. – Надо предложить писателю хотя бы разделить счет пополам, чтобы не сильно переживал. Говорят, нынче гонорары нигде не платят… Интересно, на что же он живет, наш родимый сумрачный гений?».

Башмачков словно подслушал ее мысли.