Санаторий имени Ленина

Вытянули, бл@ть! Или чтобы этот рыжий черт упрекал нас, что мы мало за электричество платим? Пусть лучше ответит, гаденыш, где мой ваучер? Эх, жаль, что в этом фито-дрито баре водку не продают. Чаем горе не зальешь, нужен другой, сильный антидепрессант. Понимаете, тошно от этих гребанных мыслей! Анестезия для души нужна! В общем, чую, по-любому придется в ларек за территорией тащиться. Без нее, без родимой, без нашего сорокаградусного антидепрессанта, совсем херово, – сделал неожиданный вывод незнакомец и, махнув рукой, направился к выходу.

В фито-баре вдруг заработал вай-фай, и Лина по привычке заглянула в Фейсбук. Любознательный френд Иван Теличко успел накидать кучу вопросов насчет ее пребывания в Санатории имени Ленина. Поболтавшись в тучные времена по заграницам, популярный блогер в последний год не вылезал из своего коттеджного поселка и изрядно оторвался от действительности. Теличко особенно волновала тема курортных романов и случайных связей в социальном санатории, где основному контингенту 60+.

Лина быстренько отрапортовала Ивану в Фейсбуке, что корпуса закрываются в 23.00, в подъездах дежурит бдительная охрана, поэтому в санатории, как говорила одна дама в советскую эпоху, «секса нет».

Вскоре жизнь внесла в ее наивные представления существенные коррективы. После обеда Лина решила прогуляться в местную аптеку за туалетной бумагой. Этот предмет гигиены был в номерах в страшном дефиците. Видимо, персонал санатория пипифакс вообще не покупал, предпочитая брать туалетную бумагу для дома, для семьи на рабочем месте, невзирая на то, что она больше походила на мелкий наждак серого цвета.

Аптека удивила Лину многообразием выбора. Самый большой отдел расположился в витрине под табличкой «Для мужчин». Там была и виагра, и другие подобные средства под названиями «Ловелас», «Максигра» и «Динамико».

– И что, это все пользуется спросом? – поинтересовалась она у аптекарши с любопытством исследователя. – Контингент-то здесь, сами знаете, какой.

Шестьдесят плюс! Да еще у каждого второго инвалидность.

– А то! – процедила аптекарша сквозь зубы – Все продается. Еще как берут.

Аптекарша почему-то взглянула на Лину с неприязнью и, захлопнув окно, вывесила на нем табличку «Обед».

Над санаторием разливался хрустальный голос Анны Герман: «А он мне нравится, нравится, нравится»… В общем, Лина явно поспешила делать выводы о том, что пенсионеры санатория чужды плотских удовольствий.