Танго со смертью

И будем мыть, как бараны, не сомневайся! Чего молчишь? Я права, Костян, или как?

– Права-права, – сонно проворчал Костян, но Муха не унималась:

– Начальству-то что? Лишь бы мы пахали за троих. Сплошная оптимизация и экономия. У них-то другие зарплаты. Зам. главврача на прошлом дежурстве так и сказал: кому, мол, не нравится, может отправляться на рынок картошкой торговать. А мы, дескать, людей спасаем, невзирая на личное время и должностные обязанности. Видал, Костян, за кого они нас держат? За крепостных, ясный пень! Нам, как дворовым девкам, можно приказать все, что угодно, и мы побежим наперегонки их хотелки исполнять.

Еще и обосремся от счастья. А что? Я не права, Костян?

– Права-права, – привычно согласился Костян, видимо, так и не проснувшись.

– Между прочим, так вся жизнь пройдет, Костян, не успеем оглянуться. Мы с тобой, доктор Могильный, лучше других знаем, как отвратно выглядят голые старики и старухи. Брррр… Между прочим, сами через два-три десятка лет такими станем. А что мы вообще, блин, в жизни видели? Человек рождается для радости, а не для пахоты в этом аду до седьмого пота.

– У каждого чела, Муха, в жизни свой крест, – философски отозвался все тот же тенорок. – Ты ведь за каким-то лешим поперлась в медицинский? – Выходит, понимала, на что подписываешься. Да еще и в реанимацию после интернатуры сама же и напросилась, хотя прекрасно знала, что здесь вообще-то не сахар.

– Сам знаешь, тут за дежурства хоть какая-то надбавка к нашим копейкам полагается, да и вообще работа сменная.

Удобно, – проворчала Муха, – отдежурил сутки и потом двое – «гуляй, Вася».

– Так чего ж ты, Муха, в натуре, ноешь? Медицина – не модельный бизнес. Тут в тренде – цвет крови. Вместо кружев и шелка – кровавые бинты и повязки. Вместо «Шанели» и «Диора» – запах крови и мочи. А коли хотела жизнь прожить, не напрягаясь, надо было не в меде мозги сушить, а богатого папика смолоду искать. Листаешь, поди, на дежурстве голимый глянец? Вот и я пялюсь в него, чтобы не уснуть.

Из этой тупой макулатуры я вынес для себя одно наблюдение. Оказывается, теток, ежедневно радующихся жизни, в Москве полным-полно. Нашли себе состоятельных папиков и целыми днями развлекаются. Им, блин, не надо в шесть утра вставать и на работу в переполненном транспорте ехать. Правда, папикам эти живые игрушки рано или поздно надоедают, и они производят «реновацию» – то бишь, меняют постаревших любовниц «в аварийном состоянии» на более молодое «мясо».