Юное сердце на Розе Ветров

Эта привычная с детства песенка вызвала в нем какие-то старые теплые воспоминания.

Грела сердце не только звучащая мелодия. В последнее время его мать так редко улыбалась, а чтобы еще и пела… Аура веселья и беззаботности, кажется, покинула эту женщину давным-давно. Только лишь глядя на сына, она позволяла себе улыбку и то она скорее была печальной. Трудная работа, на которой она засиживалась допоздна, и сын-подросток – с этим нелегко справиться любому человеку. Юу понимал, как ей сложно, и как мог старался облегчить ей жизнь, помогая хотя бы по дому.

Так что сейчас, слыша ее голос, Юичиро радовался, что она наконец позволила себе немного раскрепоститься, и пусть ему было гадко на душе, хотя бы она не терзалась пагубными мыслями, не выглядела такой уставшей и задерганной, какой обычно приходила после тяжелых смен.

Юу готов был стоять вечность и вот так внимать неразборчивой мелодии. Давно не слышал он ее мягкого, нежного голоса, который так любил в детстве.

– Ах, Юу, я не услышала, как ты вошел, – слегка вздрогнула от неожиданности женщина, увидев сына.

– Извини, не хотел тебя напугать. Просто услышал, как ты поешь и решил послушать.

Эрика смущенно улыбнулась.

– Ты сегодня раньше, чем обычно, и такая веселая, что-то произошло? – с улыбкой осведомился Амане у матери.

– С чего ты взял? – помешивая суп на плите, спросила она не оборачиваясь.

– Говорю же, – усмехнулся Юичиро. – Ты в хорошем настроении.

– Да нет, ничего необычного. Просто такая чудесная погода за окном, – она подняла взгляд на окно, за которым стояла действительно прекрасная погода.

– И правда, – темноволосый юноша перевел взгляд на окошко, однако пейзаж его мало трогал. Скорее наоборот, яркая зелень, искрящееся солнце, теплый ветерок вызывали в нем серую смуту.

– Как прошел твой день? – полюбопытствовала Эрика.

Юу повел плечом.

– Неплохо. День как день.

– Мне кажется, или ты расстроен? – обернулась через плечо женщина.

– Нет, что ты. Ничего такого, – изобразил улыбку на лице Амане.

– Угу, – кивнула мать.

Юичиро вошел в комнату и прикрыл за собой дверь. На самом деле он был совсем не голоден, но сказать обратное – это вызвать ненужное волнение матери. Зачем портить ей настроение, оно и так не часто бывает такое светлое. Он прошел вглубь комнаты и, остановившись у стола, сбросил на стул сумку.