Зов огня

Казалось, на поездку она не тратила и половины усилий, которые требовались от меня.

– Почему-то левая мне кажется знакомой, – пробормотала она, как бы про себя, когда вагон сделал резкий поворот и ремень сильно врезался в мое бедро.

– Ты имеешь в виду, что они не туристки?

Она издала непонятный звук. Следующие три остановки Дария внимательно наблюдала за ними, шепотом задавая вопросы обо всем, что произошло сегодня.

Девушки так же дружно склонили головы, как и мы. На расстоянии я не могла точно разобрать ни их разговоров, ни их лиц.

– Следующая остановка: эстакада Анема. Выход слева по ходу движения.

Мы поднялись и вышли через автоматические двери на сверкающую белым мрамором платформу. Нас ожидал яркий свет, который заставил меня ослепнуть на несколько секунд. Мы все еще находились под землей, в туннеле, но все здесь было настолько шикарным и отполированным, что больше напоминало проход в какой-то дворец. С потолка свешивались люстры, и играла нежная классическая музыка.

Быстро шагая и опустив головы, мы поднялись по широкому эскалатору, который был больше похож на блестящее серебристое произведение искусства, чем средство передвижения.

Только когда мы поднялись наверх, я услышала позади себя шаги.

Я схватила запястье Дарии и бросила на нее предостерегающий взгляд. Она обернулась, я сделала то же самое. Две молодые женщины вышли на эскалатор как раз в этот момент и внезапно перестали казаться пьяными. Бутылка шампанского тоже куда-то делась.

Мы с Дарией снова повернулись друг к другу.

– Инвенты.

Этого было достаточно, чтобы дать мне понять, что нужно делать. Мои ноги отреагировали быстрее, чем разум, – слишком часто за последние несколько недель я оказывалась в такой ситуации.

Инвенты принадлежали к Омилии. Омилия принадлежала Нерону.

Мы побежали. Вверх по эскалатору, ступенька за ступенькой, не обернувшись ни разу. Кровь слишком громко шумела в моих ушах, чтобы понять, последовали ли они за нами.

Наверху нас приветствовали небоскребы. Мы побежали мимо стеклянных зданий и освещенных жилых домов. Улицы были пустынны, нигде нельзя было укрыться.

– Черт, черт, черт, я слишком плохо знаю этот район, – задыхаясь, прошипела Дария сбоку, оглядываясь через плечо, пока я осматривала окрестности. До сих пор мы всегда садились в гондолу под мостом и на ней плыли до канатной дороги. Но сейчас гондола слишком бросалась в глаза.