Райка, милая Райка

«А ты – мать!» – не менее возмущённо парировал Лёвка. После столь содержательного обмена мнениями они замолчали и, как утопающие, хватающиеся за соломинку, уставились на Райку. На следующий день Райка вызвала братцев и поставила задачу в лоб: «Таки если вам дорога честь сестры, надо выдать её замуж. И надо выдать её замуж хорошо, за приличного, обеспеченного человека. И не может жеж такого быть, чтобы братья не смогли ей подобрать надёжного жениха из своего круга. Например, как там насчёт Муссы и Ирбека?» Но оказалось, что у Муссы и Ирбека есть сговорённые невесты, которые ждут их во Владикавказе, что слово, данное семье невесты, нарушено быть не может.

Тут Санька размотал одну из своих пружинных прядей, а потом намотал её на палец и задумчиво произнёс: «Вообще-то Соломон вдовец. Но ему уже под пятьдесят…» «Кто есть Соломон?» – начала допрос Райка. – «Да это мой поставщик спирта. Конечно, для такого старого вяленого бычка, как он, помацать свежатинку на законных основаниях будет привлекательно, но как же Соня? Молодой девке нужна упругая плоть, или я ничего не понимаю».  – «Ну, если он – вяленый бычок, то наша Соня – варёная треска, идеальная пара! Саня, готовьте клиента, а готовность девицы – это моя забота». На том и порешили.

На кухне Соня жарила скумбрию. Райка задохнулась от вони, сунула ненадолго нос себе за воротник, откуда пахло «Шанелью», и приступила к разговору.

– И шо? Вот так всю жизнь и будешь в замасленном фартуке нюхать тресковую вонь?

– А шо делать? – меланхолически ответила Соня.

– Таки человек кузнец своего счастья. Расширь кругозор! Подними глаза к небу! Там шансы летят, как косяк журавлей на зимовку.

Соня сонно перевела глаза на потолок, потом в окошко, но тут жир со сковородки брызнул ей на руку, и она раздраженно фыркнула:

– Тю! Хде ж те шансы? А твоего Костьки-халамидника чтоб в доме ноги больше не было! Как мне теперь с Илюшей объясняться? Он такой ранимый!

– Ты ещё скажи, что по любви замуж идешь! Какой ты мне, младшей сестре, пример показываешь, и не стыдно тебе? Ты и не любишь его, и жизнь свою ради этакого малахольного хочешь сгубить, он же тебе ни копейки не заработает.

Вас мама с папой как бычка с телочкой свели, не стыдно тебе?

Пунцовая от стыда Соня со стуком ставит сковородку с плиты на подставку и, задыхаясь от негодования, кричит:

– На себя посмотри, ла… – Слово «лахудра» она проглотила, так как в семейном пантеоне Райка – грешница с нимбом святой.