Дурочка (Ожидание гусеницы)

– Что-то случилось? Что?.. Он тебя обидел?

– Нет, – Аглая установила дыхание после бега и посмотрела на свои ладони.

Тут Лукреция вспомнила о подарке и решила, что дочь его потеряла.

– Иди сюда, сядь, – она подвела дочь к дивану и усадила. – Что Ционовский? Он подарил тебе что-нибудь?

Аглая надолго задумалась. Потом так странно посмотрела в глаза матери, что та покрылась мурашками.

– Говори же!.. Что-то с профессором?

– Он сидит в кресле и спит… наверное. Сказал, что я не должна бояться смерти. Сказал, что я – самое прекрасное, что было в его жизни.

Лукреция выдохнула и покачала головой.

– Старый маразматик. Ты живешь в своей жизни. А то, что ты красива… – Лукреция отвела глаза, – этого бояться надо, а не гордиться. Наверняка он имел в виду, что при общении с тобой узнал много нового о человеке вообще… Ладно! – она встрепенулась и тронула руку дочери. – Если не подарок, что тебя так удивило?

– Он сказал «на свете смерти нет», – Аглая выжидательно посмотрела на мать.

– Это все?.. – не удивилась Лукреция. – И что тут такого?

– «На свете смерти нет. Бессмертны все. Бессмертно всё. Не надо бояться смерти ни в семнадцать лет, ни в семьдесят». Представляешь? – с придыханием выдала Аглая.

– Ну сказал, и что с того?

Аглаю затрясло. Он стиснула руки и прошептала:

– «Мы все уже на берегу морском»!

– Лайка!.. – испугалась Лукреция. – Не надо так. Смотри на меня. Чего ты боишься?

– Я не боюсь, – прошептала Аглая, – я не понимаю, откуда он узнал, что загадал Крэзи-бой? Всё, что слушаю я, слушает меня! Видит то же, что и я! Нельзя говорить, нельзя смотреть, нельзя слушать!.

Она начала хлестать себя по щекам. Лукреция с трудом остановила ее руки.

– Подожди, не заводись. Быстренько принеси тетрадь и покажи мне стихотворение, которое загадал Крэзи-бой.

– Я должна понять…

– Лайка! Когда все непонятно и ужасно, начинай делать что-нибудь, и все образуется. Не сиди, не думай, а делай любое дело, что под руку попадется.

Девушка быстро вернулась с толстой тетрадкой.

– Вот, – она показала пальцем на красно-синее стихотворение. – Я нашла его за две недели. Называется «Жизнь, жизнь». Откуда учитель мог знать, что я его нашла?

Лукреция внимательно прочитала первые десять строчек. Посмотрела на дочь, решая, стоит ли делать успокаивающий укол. Аглая дышала часто, но ее ноги и руки не дергались.

– Пойми, многие люди знают стихотворения Тарковского наизусть.