Мачеха для Золушки

Понимаете?

– При чем здесь я?

– Если бы вы захотели помочь… Я имею в виду – чисто профессионально. Эти изумруды не первая редкая вещица, всплывшая после обрушения башен-близнецов. И не надо на меня так смотреть!

Кнуру стало противно говорить с этой женщиной-коброй, и стыдно своего заискивающего голоса, и живота, и еще он вспомнил, что не смыл в туалете, и вообще был себе ужасно противен. Как всякий мужчина в подобной ситуации, он разъярился, моментально найдя причину своих комплексов в женщине рядом. Разъяренно прокричал:

– Короче, если ты, как сильно востребованный для этих бирюлек манекен, согласишься поработать на благо американских спецслужб, тебе и границы откроются, и в Россию можешь спокойно…

– Пошел ты…! Никакой России! Никогда!

Ну вот.

Она его второй раз посылает.

– Ну и ладненько, – моментально успокоился Кнур. – Пора закругляться. Давай тогда свой средний палец за билет до Парижа. Кстати! Много у тебя подобных заначек на предмет полезного обмена? Это я так, на будущее, спрашиваю.

– Мало, – успокоилась и Медея. Открыла бар, достала виски и минеральную воду. – Слишком мало, поэтому я всегда очень осторожна. Сейчас меня особенности наработки образа подвели.

Она налила ему в бокал чистый виски, а себе разбавила минеральной.

– Особенности – это?.. – Кнур показал на ее обритую голову.

– И наручники, – кивнула Медея. – Наручники, изумруды…

– Приятно, да? – заметил Кнур, отпивая и усаживаясь на кровать.

– Предпочитаю красное вино, – не согласилась Медея.

– Я в смысле – послать кого-нибудь громко и по-русски, да еще два раза.

В аэропорту Кнур позвонил по телефону. По-английски он разговаривал неважно – больше трех лет уже не практиковался, но кое-как задал интересующий его вопрос и понял все, что ему ответили. По показаниям охранника, который находился у подиума, у него действительно заело кобуру. И он, как охраняющий ценности, действительно собирался сдернуть с шеи модели ожерелье и отнести его в безопасное место, а уже потом заняться ее освобождением.

А то, что охранники, нанятые для доставки гарнитура из банковского хранилища и последующего его сопровождения, ничего не знали о владельце гарнитура, Кнур выяснил раньше.

Вернувшись в Москву, он первым делом затребовал все документы по агентуре его предшественника из отдела внешней разведки. Медея, то бишь Моцарт, числилась пропавшей без вести. Работать как агент внешней разведки начала в 1995-м. Ладно… Год рождения – 1975-й, мать от ребенка отказалась.