Кольцо эльфийской работы

Обессиленная Адара лежала на кровати, держа на руках новорожденного сына, вокруг металась Одила, восхищающаяся младенцем и находящая в нем все больше признаков похожести на деда с материнской стороны, а Дальгар не знал, как благодарить меня.

– Ничего не надо, – устало улыбнулась я. – Адара сделала все сама.

– Нет, Литта, я знаю… Тебя отвезти?

– Нет. Я прогуляюсь.

И отдохну. Потому что дома меня ждут дела, требующие немедленного исполнения, банда братьев, лезущих везде и всюду, и Бриджет, наводящая красоту перед Длинной Ночью.

– Как скажешь, Литта, – неловко повел плечами Дальгар. – Спасибо тебе.

– Адара, а хмурится он точно так же, как твой отец! – донеслось до нас. Мы оба фыркнули.

– Постарайся выставить ее из дома до вечера. Адаре нужно отдохнуть, – посоветовала я, забросила на плечо сумку и ушла.

Уже окончательно рассвело. Звезды спрятались, уползла за горизонт луна, и легкие облачка на бледно-голубом небе окрасились в нежно-розовый цвет. Начинался самый короткий день в году, а мне еще столько требовалось сделать!

Но я все равно пошла вдоль гор, через озеро, чтобы не встречаться с многочисленными жителями нашей долины.

Усталость накатывала волнами, отяжелели руки, слегка подташнивало, и на непременные разговоры о предстоящем празднике с болтливыми кумушками не осталось сил. Мне требовалось побыть в одиночестве хоть какое-то время.

Свежий зимний воздух, нетронутый снежный покров, безмятежная тишина и покой сотворили чудо. Я прямо-таки чувствовала, как в меня вливаются новые силы, как проясняется голова и уходит переутомление.

Поэтому не очень расстроилась, когда мое уединение грубо нарушили.

Сначала на меня налетела огромная собака, сбивая с ног и ставя тяжелые лапы мне на грудь. Почти одновременно к этому добавился оклик: «Сиггер, стоять!» – произнесенный смутно знакомым голосом. А потом пес, глухо и недовольно ворча, слез с меня, и мне протянули руку, помогая встать.

– Прошу прощения, – извинился Конрад. – Он, вообще-то, воспитан, но в незнакомой обстановке считает своим долгом защищать меня от всех, даже таких красивых девушек.

Я приняла помощь и легко встала. Гость помог мне отряхнуть снег с шубки и юбки и виновато улыбнулся.

– Литта? Я правильно запомнил?

А глаза у него были синими… Синими, как предвечернее небо, как вода в омуте под ракитой, как драгоценный сапфир, добываемый гномами в глубоких шахтах…

– Литта? – встревожился Конрад. – Сиггер напугал тебя?

– Нет, – опомнилась я, смутившись.