Фельдмаршал в бубенцах

Кондотьер сделал еще шаг вперед:

– Отчего ж нет? Если вы не хотите слезать – я взберусь к вам.

Прерывистое дыхание замерло, Орсо несколько раз шагнул, и свет фонаря очертил в ночной тьме неподвижную фигуру на крепостных зубцах.

– Не вздумайте, полковник! – в голосе Пеппо звякнула сталь, но Орсо не остановился:

– Вы боитесь меня?

– Не приближайтесь! – зарычал оружейник.

Полковник звонко ударил каблуком сапога в раздробленную кладку плит:

– Или вы боитесь показать, что ваше ледяное самообладание – тряпичная маска на тесемках?!

Он сделал последний шаг, высоко вскидывая тяжелый фонарь в трех футах от мальчишки…

Желто-багровый круг света вырвал из ночи блестящее испариной лицо, пересохшие губы, стылые омуты неподвижных глаз, в которых плескалось пламя фонаря.

Сердце пропустило удар… затем второй… и заколотилось, будто задыхаясь в тисках груди. Ледяной выворачивающий ком поднялся изнутри, как от удара сапогом в живот. Цепенея от ужаса, Орсо качнул фонарь ближе, словно пытаясь отогнать призрак.

А подросток вдруг вскинул руку и с силой толкнул фонарь от себя. Раскаленный угол кованого железа с размаху ударил полковника в челюсть, сдирая клок кожи, и кондотьер рухнул назад, роняя фонарь. С грохотом брызнуло в стороны масло вперемешку с осколками стекла. А мальчишка спрыгнул с края стены и метнулся влево, стремясь к лестнице. Он несся не разбирая дороги, все ближе к черному провалу. Оглушенный, Орсо уже поднялся на колени и вскинул голову, зажимая глубокую ссадину окровавленной рукой.

– Стой, идиот! – заревел он. – Стой! Лестница правее, ты разобьешься! Ох, черт!

Джузеппе услышал. Он резко оборвал бег, скрежетнув подметками о древние плиты, подхватил камешек и швырнул в провал. Бездна отозвалась цокающим стуком – камешек скакал по ступенькам, – и оружейник бросился следом за ним.

Кондотьер, шатаясь, встал на ноги. Кровь лила по шее, пропитывая воротник камизы, ожог заходился болью, в голове от удара гудел тяжелый гонг. Орсо на миг стиснул виски обеими руками, выравнивая дыхание.

Чертыхнулся, выдирая из ладони осколок фонарного стекла, а потом тоже рванулся к лестнице.

Часовой все так же стоял в нише у ворот. Он встревоженно озирался, будто не зная, откуда ожидать опасности.

– Где парень? – рявкнул Орсо.

– Не выходил, мой полковник! – отчеканил тот, вытягиваясь.

– Как «не выходил»?! – полковник перешел на рык. – А где же он, черт тебя подери?!

– Не могу знать, ваше превосходительство. Наверное, еще в крепости.