Глинтвейн для Снежной королевы

– А принцесса может надеть пока мой халат и тапочки, – легкий кивок головы. – Я в таких тапочках совсем не могу ходить.

Задумавшись, Лера посмотрела на крошечные ступни женщины в огромных потрепанных шлепанцах.

– Если принцесса не захочет раздеться, я ее порежу, – продолжила женщина, опустила одну руку в карман байкового халата с веревочками-завязками и вдруг достала оттуда складной нож. – Но принцесса добрая, она отдаст мне и кофточку, и штаны, и башмаки.

– Не отдаст, – заявила Лера, отступая к двери кабинета Маруси.

 – Ты воровка?

И тут женщина упала на колени и тихонько завыла.

– Я не разбойница, – сказала она, – просто мне нельзя больше здесь находиться. Мой ребеночек родился мертвым, приходил страшный человек, считал мои ребра и позвонки! Я хочу уйти, а меня не отпускают, потому что нет страховой карточки. И ребеночка не отдают. И одежду не отдают…

Лера моментально сбросила куртку, сняла через голову кофточку и стала расстегивать джинсы.

Через двадцать минут сидения на подоконнике ее обнаружила проходящая медсестра.

– Откуда? – спросила она. – Прием у заведующей закончен. Марш в палату!

Лера побрела за медсестрой. Шаркая тапочками, поднялась вместе с нею в лифте на третий этаж, потом пошла на шум и странную давку перед дверью, как оказалось – столовой. Лера вошла последней, получила стакан странного напитка. Выпила глоток, а остальное потихоньку вылила в раковину. Потом она подошла к посту дежурной медсестры и попросила разрешения позвонить домой. Разглядев Леру, медсестра вскочила, опрокинув стул.

После расспросов – фамилия, возраст, когда поступила – медсестра вцепилась в правую руку Леры крепкой профессиональной хваткой и подняла тревогу. Еще через двадцать минут все медработники этого этажа, Маруся, Лиза и дежурный охранник, которого сюда привели для объяснений, стояли вокруг кресла, в котором Лера скучным голосом в который раз рассказывала, как ее раздела маленькая бандитка.

Спокойствие

Валентина пришла к Марусе и попросила померить ей давление.

Маруся спала после обеда – был выходной день. На улице весна дурачилась вовсю – отряхивала лопнувшие сережки у тополей, все прохожие обчихались.

– Нормальное у тебя давление. Нижний показатель немного выше нормы. В общем – нормальное.

– Видишь, какая я спокойная, – бесцветным голосом заметила Валентина. – И разговариваю внятно. А то дело доходило до смешного – не могла двигать губами, язык отнимался. Я решила серьезно заняться своим здоровьем.