Тайна испанского манускрипта

Мистер Эрроу описал его характер очень похоже… К тому же, у таких людей плохо получается с письмом, а при повальной безграмотности нашего народа легко предположить, что преступник писать уж точно не умеет вообще.

– Да, но что спит на левом боку? – Не сдавалась миссис Трелони.

Капитан с удовольствием улыбнулся, отчего его челюстные складки проступили явственнее, а глаза заблестели.

– О, я думаю, это мистер Эрроу перед нами покрасовался… Хотя, конечно, левша должен чаще спать на левом боку, поджимая под себя левую, более сильную ногу…

И тут Сильвия, оживившаяся после улыбки капитана, спросила:

– А почему убийца искал толстую книгу или шкатулку?

– Потому что были распахнуты только большие ящики секретеров и стола, – ответил капитан.

Тут все вспомнили о шкатулке и о дяде Джордже, который был в тот злополучный день в доме, но ничего об этом не сказал.

Немедленно за младшим братом покойного был послан слуга с наказом сей же час, если не раньше, явиться в дом.

****

Джордж Трелони пришёл: ему было явно не по себе от столь неожиданного приглашения.

Словно желая укрыться от глаз присутствующих, он поспешил сесть. Капитан опять удивился, как нелепо сидит на нём модный парик – он словно придавил собой тщедушную фигуру младшего Трелони.

– Джордж, – сказала хозяйка, пристально глядя на деверя. – Мне стало известно, что ты был последним в кабинете несчастного Джона.

Если бы родственница зачитала Джорджу Трелони смертный приговор, то и тогда тот, кажется, не был бы так напуган, как сейчас. Он побледнел, уменьшился в размерах ещё больше, глаза его забегали, пальцы заметались по вышитым полам жюстокора. Наконец, он выдавил:

– Твои претензии, Гертруда, однако, странные… Я заходил к брату поговорить.

Он замолчал, потом добавил с радостным облегчением:

– И вообще, после меня у Джона ещё был преподобный Уильям Батлер.

Дядя Джордж явно оправился от испуга и пришёл в себя.

И тогда миссис Трелони, слегка сбившаяся, впрочем, при упоминании о преподобном Батлере, громко спросила:

– А что тебе известно об испанском пергаменте? А?

Дядя Джордж тихо ойкнул и начал быстро рассказывать.

Рассказ его начинался, как сказочная история – с трёх братьев.