Бескрылая. Иная

– Мне бы пообщаться с профессором Селиматисом, – не слишком в тему выдала она.

Тратить драгоценное время на политесы ей не хотелось. Угроза появления настоящего Райма становилась вероятнее с каждой минутой. Каким бы образом дядя Маркус ни обеспечил ей фору, на прямое противодействие параллельным структурам он не пойдёт. Как и не будет её отмазывать в случае, если она всё же попадется – у его власти имеются свои логичные пределы. Сейчас её лицо слегка видоизменено благодаря ботам, опознать её будет невозможно, но если дойдёт до задержания – не истреблять же всю станцию только ради того, чтобы выйти сухой из воды? Айрин не замечала препятствий по пути к цели, но в то же время не была готова переступить некую незримую моральную черту, отделявшую стоявших над системой спецагентов от потерявших совесть пиратов.

– Как раз по этому поводу мы вас и вызвали, – с некоторым недоумением пояснил мистер Гилберт. – Вы разве не читали файл?

За её спиной начальник охраны снова напрягся. Айрин вздохнула и закатила глаза.

– Предпочитаю всё видеть и оценивать лично, – выдала она любимую фразу одного из наставников в Академии.

Будущим агентам не раз объясняли: техника, записи, даже человек может обмануть. Собственные глаза – тоже, но куда реже.

Судя по тому, что капитан Моррис едва слышно выдохнул, учителя у него были похожими, если не теми же самыми.

– Так что случилось с профессором Селиматисом? – уточнила Айрин нетерпеливо.

Мистер Гилберт молча и красноречиво кивнул в сторону кусочка Потока.

Девушка недоумённо подняла брови, с трудом сохраняя спокойствие. Красные надписи перед её глазами словно взбесились, предлагая то успокоительное, то гормональную коррекцию, то усыпление, то аннигиляцию противника. Заметив последнее предложение, Айрин глубоко вдохнула и постаралась взять себя в руки. Никто из присутствующих не виноват в случившемся. Наверное.

– Давно? Как это произошло? – холодно поинтересовалась она, ничем не выдавая бушующие внутри эмоции.

Ни к чему им знать, насколько для неё важен этот человек. Был.

– Двенадцать часов назад. Мы сразу же известили центр, но вы сами понимаете, пока преодолели блокировку, пока послали сигнал… – нейтральным тоном отчитался из-за её спины капитан.

– А самое забавное, что он до сих пор жив! – радостно воскликнул мистер Гилберт. Ему, как учёному, интереснее всего был непонятный науке факт, а не пропажа коллеги.

– Так.