Концепция бесконечности

Интересно кто загружает продуктами этот холодильник? Надеюсь, когда-нибудь узнаю ответ на свой вопрос, а Вексана могла бы и предупредить о том, что ждёт меня. Ведь наверняка знала и промолчала. Так начался третий этап моей жизни.

***

Теперь я знаю, как сходят с ума. Два года в полном одиночестве без возможности вернуться к людям. Что только не делала, пытаясь открыть в себе силу, всё без толку. Все мои действия никем не сдерживались, если ревела, то с полной отдачей до икоты. Если впадал в ярость, то страдала мебель, пыталась медитировать никакого эффекта.

Чтобы ни делала, нужный результат не получила. Похоже пустышка моё второе имя. Тоска и одиночество стали моими постоянными спутниками. Сейчас я была бы замужем, родила ребёнка, и некогда было бы думать о всяких глупостях. Из отведённых мне двадцати лет, два года я пустила на ветер. Это не значит, что оставила попытки открыть эту чёртову дверь, просто утратила надежду.

Последнее время апатичное состояние стало для меня нормой.

Я могла часами сидеть и смотреть в одну точку, сегодня присмотрела себе место около холодильника, и с вялым интересом следила за тем, как на месте где недавно стояло мороженое, которое я достала с помощью манипулятора, появляется очередная порция холодного десерта. Вокруг меня, повсюду, на столе, под столом, вдоль стены, стояли ведёрки с мороженым. Мне было любопытно, когда ведёрки перестанут появляться, если какое-то ограничение на этот продукт. Остановилась только тогда, когда оглянувшись, поняла, ставить очередное ведёрко некуда. Я даже растерялась, надо же так увлечься и не заметить, во что превратила кухню, но теперь точно могу сказать, голодная смерть мне не грозит. Осматривая всё то безобразие, что учинила, хотелось бы сказать в исследовательском порыве, но это значит соврать себе, точнее сказать я сдалась. Опустила руки, отсутствие хоть какой-нибудь поддержки угнетало больше всего. Сейчас мне предстояла битва с растаявшим мороженым. С грустью осматривала предстоящий фронт работы, и пыталась понять, что меня привело к холодильнику. По сути, место хранения продуктов являлось стазисным полем, но я по привычке называла короб с полками закрытый стеклом холодильником. То мороженое, которое ещё можно было спасти, вернула обратно на полку в холод, остальное подтаявшее месиво вылила в раковину. Освобождая очередное ведро, поняла, какая мысль не давала мне покоя.