Нити судьбы

Мы устроились подальше от столика, где собралась беззаботная компания туристов.

– Надо непременно выпить за то, что ты наконец получила сольную партию.

Генрих огляделся в поисках официантки. Но девушка, что принимала заказы, кружилась по залу с полными подносами. Мой друг нервничал.

– Чёрт побери, здесь вообще не рады клиентам. Хорошо, я сам подойду к бару и сделаю заказ.

Я предлагала ему просто сходить в кино или погулять по парку. Но Павлов был непреклонен.

Генрих побежал к барной стойке. Скучая, я рассматривала посетителей.

Подобралась разношёрстная публика. Большая группа путешественников оживлённо обсуждала поездку в Пушкин. Улыбчивая официантка крутилась вокруг них, расставляя красиво сервированные блюда и вино. Туристы оказались суетливыми, яркими и весёлыми французами. Они наперебой по-русски с французским акцентом благодарили официантку.

Я смотрела на влюблённых, уединившихся поодаль от остальных. Мужчина восхищался девушкой, взглядом почти касаясь её смуглой щеки. Она что-то шепнула ему.

Он улыбнулся. Должно быть, шутка понятная только им. Спустя несколько минут пришёл Генрих с двумя фужерами в руках.

Я взглянула на часы. Без четверти девять. Вечернюю репетицию, которую задумала с утра, придётся отменить.

– Давай выпьем за твою мечту, которая скоро станет явью, – Генрих поднял бокал.

Я взяла свой, но так и не притронулась к фирменному коктейлю.

– Я кое-что хочу сказать, – нерешительно проговорил он.

Я почти не слушала. Он говорил долго и путано. Его слова не имели смысла.

Я устала и больше всего мне хотелось очутиться дома. Генрих вдруг сделался чужим, будто мы и вовсе не знакомы. Казалось, я просто перепутала столики.

– Аделина?

– Я бы с удовольствием пошла домой.

Он растерянно посмотрел сначала на меня, потом на мой бокал с нетронутым напитком.

– Раз ты настаиваешь.

Генрих залпом осушил свой бокал, а затем и мой. Пробираясь сквозь толпу галдевших туристов, мы направились к выходу.

13. Арсений

Табор французов, оставив щедрые чаевые, шумно покидал банкетный зал.

В сутолоке я заметил Аделину. Медные волосы, тяжёлой волной падавшие на плечи, гордо вскинутая голова, царственная манера держаться.

– Постой, Аделина! – крикнул я, но мой голос утонул в общем гомоне.

Я перескочил через стойку, удивив посетителей. Выбежал на улицу, но никого не увидел. Она вновь ускользнула от меня. В воздухе витал её запах – сладкой земляники и яблока. Оставшись ни с чем, я понуро вернулся в ресторан.