Сын Медведя

 Проклятый дар

Кровь, алая, как гроздья спелой рябины, брызнула на снег и обагрила морду вожака. Увидев неравную схватку отбившегося от стада молодого оленя и четырёх волков, П?г[2 - Сын (манс.)] приблизился. Хищники, заметив человеческое присутствие, насторожились и на минуту оставили трепыхавшегося оленёнка в покое. Не испытывая страха, мальчик подошёл к волчьей стае. Он различил тёмную сущность, неотступно следовавшую за ним. Заскулив, волк-вожак бросил жертву, которая билась в агонии. П?г присел рядом с оленёнком, едва коснулся его, тот испустил протяжный последний стон и умер.

Слёзы душили мальчика.

– Почему, скажи мне, ка?к[3 - Старший брат (манс.)], все, кого я трогаю, умирают? – вздрагивая от беззвучных рыданий, спросил мальчик у тени, что витала рядом. – Собака ли это, птица ли. Всё мёртвым делается. Чем я заслужил?

Гибельный дар проявился, когда П?гу исполнилось пять лет. Он хотел поиграть с собакой, охранявшей кораль[4 - Загон для оленей] с оленями, однако звери всегда пугались мальчика.

Ощетинившись и оскалив клыки, пёс попятился, но малыш успел дотронуться до грубой шерсти. Животное сгинуло в ту же секунду. Молва о загадочной смерти стремительно расползлась по деревне Хота?[5 - Лебедь (манс.)] и с того момента жители избегали странного ребёнка. Даже собственные родители не позволяли касаться себя. Семья держала только оленей, к которым мальчику запрещалось подходить. Хотя по горькой иронии П?г любил зверей. Чтобы сыну не было грустно, папа вырезал из оленьего рога фигурку кота.

– Ты что плакал? – требовательно спросил отец, когда увидел П?га, склонившегося над умершим оленем.

Мальчик украдкой смахнул слёзы, которые из-за холода застыли на ресницах, оттряхнул малицу и твёрдо отчеканил:

– Нет, а?сь.[6 - Отец (манс.)]

– Ёмасы?г[7 - Хорошо (манс.)], – отец одобрительно кивнул. Слабые характером люди не выживают на суровом Севере.

Смуглое лицо папы уродовали рубцы от ожогов. Ему посчастливилось выстоять в опасном сражении с огнём.

В поселении говорили, что охотника из рода Анямовых хранит могущественный пупыг[8 - Дух-хранитель (манс.)] или даже сам Нуми-Тoрум[9 - Верховный Бог (манс.)].

Одежда главы семейства украшена мозаичным орнаментом-оберегом.

Егор гладил оленёнка, будто надеялся вернуть жизнь, но сердце са?лы[10 - Олень (манс.)] остановилось навсегда. Воздух сгустился вокруг них морозной дымкой.

– Он слишком слаб, не смог защититься, – произнёс отец.