Она – Пристань. Ambo Valentia

Было пару раз, когда я прощалась первая! Начинала не справляться с усталостью и прощалась.? Я по-прежнему рассказываю ему о своей монотонной жизни. Но он каждый раз интересуется в деталях: что делала, как ведет себя господин Альба, какие интересные вещи я прочитала в Архиве, крепкий ли был кофе с утра, ем ли я желе, хватает ли мне витаминов. Ему было важно все. Мной никогда и никто так не интересовался.?

Но я ничего не спрашиваю о нем. Это по-прежнему табу. А меня просто с ума сводит жгучее любопытство! Он знает обо мне все, а я… знаю только ник.

И это ужасно несправедливо.

Я стоял на парковочной площадке для капсул. Точнее, я стоял на самом ее краешке. Один шаг в пустоту подо мной – и я навсегда забуду боль после расставания с Мамой.

…слишком белые волосы…

…слишком яркий холод…

Забуду и боль, и себя, и всю свою глупую, никчемную жизнь.

…и Пересмешника …меня перестанет тащить…

Он стоял рядом со мной и, кажется, впервые был перепуган. В то время как я был преисполнен решимости.

Мы поменялись ролями.

…вспомнить завтра…

Но меня это не радовало: в конце концов, это были последние мгновения до моего шага вперед.

– Ты. Трус! — выкрикнул Пересмешник.

Но я молчал. Я не поддамся на его провокации. …облака лживые… Облака можно разбить, бросив свое тело в них.

– Ты. Убийца! — снова выкрикнул он, в его голосе слышалась злоба. Но ответом ему снова было мое молчание.

– Ты. Никчемный. Сын. Худший! — не успел он договорить, как во мне уже закипела ярость, он зацепил меня.

Он знал мои слабые места, а я не был таким искусным манипулятором, как он. …делать все, что просит он…

…он главнее меня…

– Это неправда!

Пересмешник оказался счастлив моему ответу. Ведь только вступив с ним в диалог, я будто снова начал с ним Играть.

– Не прыгай. Мне ведь. Придется. Прыгнуть. За тобой. И мы погибнем оба.

– Оставайся жить, — мрачно ответил я.

…пусть тело мое разобьет лживые облака…

– Я. Не могу. Я. Всегда. С тобой. Где бы ты ни был. Куда бы ты ни пошел.

Мой удел. Следовать. За тобой.

Мне показались странными и нелепыми его слова, но я не раздумывал над ними.

…тише ты, тише…

– Хочешь. Мы найдем. Маму? — Пересмешник приближался ко мне маленькими, но уверенными шажками.

– Не знаю, – растерянно ответил я, и колючие слезы обожгли мои щеки. — Конечно, я хочу найти Маму! Но Ты снова будешь ее мучить! А значит, не хочу я ее искать! Не знаю! И да, и нет…

– Либо да. Либо нет. Одно. Исключает другое.