Она – Пристань. Ambo Valentia

– Можно сообщить ему в «Зеркале», – намекнул Пит.

– Сходи и скажи лично!

Пит поспешно вышел, стараясь скрыть бурлившее в нем возмущение, но мы оба его заметили.

Рой вернулся к своим делам, а я заносила данные о его утренней встрече с представителем компании Sir Ingo.

Я не обратила внимания на то, как он вышел из кабинета, сколько он отсутствовал. Но его появление оказалось крайне нестандартным. Он застыл в дверях и не шевелился, пока я не заметила неладное и не подняла на него взгляд.

Он стоял с двумя стаканами кофе.

– Господин Рой, зачем это вы? Я бы сама вам принесла. Очень неловко. Это моя обязанность.

– Вот именно, обязанность… А в моем случае это желание. Мне нетрудно, – он прошел к своему рабочему месту. – И прошу, не надо этих «господин Рой», я не так уж стар.

– Как мне к вам обращаться? – разговор становился очень нехорошим, и я не знала, что делать.

– Просто Рой.

Я поспешно вдохнула воздух через баллончик, на котором замаячила фраза: «Сегодня – они великие, завтра – тень прошлого».

С того самого дня я вообще перестала как-либо к нему обращаться. Если мне что-то требовалась, громко произносила свою просьбу или вопрос, как будто никому не адресуя. Пусть сами решают, кто мне ответит. И видела, что Вождь покрывается красными пятнами всякий раз, как я подбрасывала в воздух принадлежавший ему вопрос.

Чтобы наблюдать за Приходом, мы с Пересмешником выбрали камень на самом краю Обрыва:отсюда хорошо была видна главная Дорога.

Я набил карманы дьявольскими ягодами и аккуратно уселся, свесив ноги с обрыва. Я любил так сидеть. Помню, еще на парковочной площадке, когда я хотел скинуться вниз и Пересмешник меня остановил, мы потом долго с ним разговаривали, сидя на краю и вот так же свесив ноги в бездну.

Есть в этом что-то волнующее — ощущать смерть под ногами.

Пересмешник внимательно наблюдал за Дорогой, а я никак не мог собраться с мыслями. Ягоды коварно утаскивали одну за одной. Они давали мне состояние эйфории, но после высасывали всю мою память. Те, кто злоупотреблял ягодами, со временем полностью забывали о том, кто они, как сюда попали, и пропускали даже свой день выхода из Пустоши, навсегда оставаясь в ней…

Мы с Пересмешником договорились, что ягоды буду есть я, а он будет следить за моей памятью.