Старый мир. Возвращение домой

Этот роскошный дубовый стол (Том провёл рукой по изящной резьбе) Артур подарил ему на двенадцатилетие; за ним он и провёл всё своё детство, и теперь, будучи юношей, всё так же сидит за столом вечерами и ночами.

К своим шестнадцати годам Том уже стал обладателем весьма привлекательной внешности, даже частенько ловил на себе кокетливые взгляды. И пусть средний рост его самого порой смущал, но хорошо сложенной фигурой он выгодно отличался среди прочих своих сверстников. В общем и целом, про Томаса Нобла без тени сомнения можно было сказать, что, будучи ещё только подростком, он уже стал настоящим красавчиком, коих в целом городе не так уж и много.

У Тома не было близких друзей. Не от того, что он был нелюдим или же обладал скверным характером, нет. Скорее, даже наоборот – был общителен, когда того требовала ситуация, и в меру любезен. Однако же он был весьма самодостаточным человеком и потому-то не испытывал недостатка общения. Ко всему прочему, бесцельным шатаниям и разговорам ни о чём он предпочитал тихие вечера в компании со своим любимым столом и Артуром.

За что, впрочем, снискал не вполне здоровую репутацию среди других ребят в своём районе. Не редкость, когда он, добираясь до аптеки, в которой работал помощником и занимался доставкой необходимых медикаментов на дом, мог слышать смешки за спиной. Даже это его занятие не вызывало положительных отзывов со стороны сверстников. Однако же ему до них не было никакого дела. Он был честен перед самим собой, он сделал выбор в пользу правды, чего нельзя было сказать о прочей молодёжи, издевающейся над собой от страха быть отвергнутыми из-за непонимания.

Да, именно таким был Томас Нобл. И именно так он думал. И сейчас, когда за окном уже не первый час шёл проливной дождь, Том, погрузившись в воспоминания, не заметил, как уснул.

Дождь ослабел, лишь когда часы отзвенели трижды. А к утру тучи немного рассеялись, давая жителям города надежду на солнце.

За тяжёлой дверью подвала послышались шаги, а затем и голос Артура:

– Думаю, тебе лучше подождать здесь.

Я сам с ним поговорю, постараюсь всё объяснить.

В темноте подвала было хорошо видно, как сквозь толщу двери просочилось что-то летучее, излучающее мягкое, малинового цвета свечение. Стул, что подпирал дверь, окутался ярким облаком и сразу же превратился в пыль. Таким же образом исчезла и дверная щеколда.

Артур легонько отворил дверь и сразу же вошёл внутрь.

Он был мокрым с головы до ног, а туфли его и брюки по щиколотки измазаны грязью.