Бетельгейзе. Часть 2

И вот среди всего этого, до него донёсся отчётливый голос человека, располагавшегося в непосредственной близости:

– Скажи мне, дорогой Отто, ты считаешь, что она счастлива? – спросил Генрих Браумбергер, однокурсник Рейнгхарда и давний друг ещё со школы в Шлезвиге.

– А…? Что? – протирая глаза, спросил Рейнгхард, удивлённо уставившись на своего друга, взявшегося невесть откуда.

Генрих протянул ему белоснежный платок:

– Вот…, возьми мой платок. Очевидно, что тебе в глаз попала соринка или песок.

Ненужно тереть руками.

Рейнгхард осмотрелся. Взгляд остановился на его жене Саше, которая с непередаваемым восторгом обсуждала что-то, держа в руках кучу национальных флажков и каких-то листовок, стоя в окружении многочисленных молодых женщин и юношей и явно имея лидирующее превосходство среди собравшихся молодых людей. Браумбергер и Рейнгхард сидели в летнем кафе, наслаждаясь свежим пивом в тот летний жаркий день. Повод провести время был как никогда важный.

В одном квартале от кафе находилась швейная мастерская, где, дожидаясь своих владельцев, на вешалках висели два новеньких кителя офицеров Кригсмарин, с первыми боевыми наградами и опознавательными знаками выпускников школы, где готовили подводников для германского флота возрождённой Германии Адольфа Гитлера. Он сделал глоток и посмотрел на Генриха.

– Мне кажется…, кажется, что да…, она счастлива, – ответил Отто не совсем уверенно, – Она молода, есть семья…. Чего же ещё нужно женщине?

– Отто, Отто, дорогой мой друг, ты идеализируешь ситуацию.

Да не семья тут главное…, неужели ты не видишь? Фюрер…, она живёт и дышит им, как и все остальные.

– Прекрати, Генрих, – оборвал своего друга Рейнгхард, сжав руки в кулаки до белых костяшек, – Я ничего не хочу слышать. Мы только что получили назначения, теперь в наших руках судьбы людей. Пусть не самые лучшие, но всё же, подводные лодки, грозное оружие и доверие, чем я так дорожу. Наша карьера успешно развивается, и нет ничего глупее, чем подобными рассуждениями о политике вбить кол в свою карьеру и жизнь.

Оба мужчины замолчали. Вскоре к группе, где была Саша подошла такая же молодая женщина и, выдернув её из толпы, о чём-то прошептала ей на ухо, от чего они залились смехом и, повернувшись к мужчинам в кафе, стали махать им руками. Второй женщиной была Инга Браумбергер. Отто и Генрих улыбнулись и помахали женщинам в ответ.