Философ и смерть

Ну, рассудите, как можно избавиться от смерти? Но самое главное, для чего надо это делать?

Крапивин пожал плечами и ответил:

– Бессмертие – эликсир от мрачного небытия, вековая мечта людей, от учёного, до проходимца и шарлатана.

– Бессмертие, – повторил Герас, заглядывая в глаза Философу, – но зачем? Представьте, что единственному человеку, после Иисуса Христа, э-э-э, ну, скажем, повезло, этакий Мафусаил наших дней. И Создатель подарил ему бессмертие, или он нашёл эликсир, что, собственно одно и то же, но при этом не перестал быть человеком.

– Интересно, очень неожиданная тема. И что же вы по этому поводу думаете? – живо поинтересовался Философ.

– А что тут думать? Следующим и немедленным шагом этого, так сказать, «счастливца», будет попытка помимо вечной жизни заполучить и здоровье. И что же? Давайте увидим его в будущем. С чем он придёт туда? Что он сможет дать следующим поколениям? Будет ли он интересен как свидетель давно минувших дней, конечно, кроме определённого круга специалистов, да и то, до поры до времени.

Человек развёл руками не найдя что сказать.

Смерть продолжил:

– И вот, обнаружив этакого экспоната, предприимчивые потомки, кои сыщутся тот час, уж вы мне поверьте, возьмут, да объявят его святым! И непременно обратят в средство наживы. Ну а что, бессмертие не каждому даётся. Это вам не какие-то мощи, а целый живой, если конечно прежде, он сам не заявит о себе и не попадёт в сумасшедший дом! Главное, создать управляемый ажиотаж и при этом находиться рядом и контролировать его действия, а ещё лучше, написать ему сценарий.

Чтобы как по маслу…. Однако, будут и завистники, которые не преминут усомниться в святости нашего бессмертника. И уж поверьте, найдутся последователи, как у одних, так и у других. И снова волнения и хаос, а там и до войны не далеко.

От такого напора неопровержимости, человек растерялся, совершенно не зная, что ответить.

– Однако, – не унимался Манибожко, – и наш герой, осознав своё положение, войдёт, так сказать во вкус, а после праведных трудов, скорее всего, пожелает облагородить свой отдых, и не в окружении толпы боговерных старух, а с удовольствием предаться обществу молоденькой барышни….

Или барышень….

– Человек, остаётся человеком, хоть святым его назови, а хоть и грешником, – парировал Крапивин, – Но в преклонном возрасте, какие могут быть барышни? Что он может им дать?

Однако «контратака» захлебнулась.