Семь жизней

Казалось, что все намеренно садятся, как можно дальше от нее, словно она была больна.

– Ой, привет, Салли! Ты не могла бы подвинуться? – Дакота притворно улыбнулась, хлопая длинными ресницами.

Салли медленно обернулась к ней. Она молча уставилась в голубые глаза одноклассницы, слегка сверкнув своими. Салли прекрасно знала, что в эту секунду Дакота испытала страх и пожалела, что задала свой вопрос. Она заметно начала нервничать: то теребила прядь волос, лежащую на груди, то поправляла края белоснежной блузки. На выручку Дакоте пришла ее подруга.

Она потянула ее в сторону прохода, указывая на свободные места в другом ряду.

Не начинай, я прошу тебя, только не начинай. Здесь полно мест, а им приглянулись именно эти. Мне несложно уступить, правда, но я понимаю, чем это может обернуться. Человек замечает это раз, два, а после принимает как должное. Словно у тебя нет собственных желаний, собственного «хочу». Для него ты мягкий, податливый пластилин, принимающий ту форму, которая нужна. Я была этим пластилином.

Мне знакома эта роль.

– Привет, – Салли вздрогнула, услышав рядом с собой мужской голос.

Она с трудом приглушила басистый смех в голове. Приложив усилие, Салли взглянула на молодого человека. Это был Крис – парень, что учился с ней на одном курсе. Они раньше никогда не общались, и Салли не могла понять, почему он решил поприветствовать ее. Но отвечать ему девушка не стала. Отрешенно она отвернулась к сцене, где уже собирались кураторы.

Час нудной речи подходил к концу. Кураторы твердили одно и тоже от собрания до собрания, словно боялись, что ученики забудут все правила и порядки.

Как только объявили об окончании встречи, Салли выскочила из зала и быстрым шагом направилась на улицу. Хотелось вдохнуть свежего горного воздуха и позволить ветру поиграть с волосами. Легкая прохлада была в радость. Салли сложила руки на груди и медленно прогуливалась. Студенты последовали ее примеру и высыпали во двор. Кто-то разместился на газоне и пил горячий чай, кто-то лежал на плетеных гамаках, укрываясь теплым пледом.

Похоже, только я одна. Даже та новенькая нашла себе друзей и теперь мило фотографируется на качелях. Чувствую подступающий ком, но ничего не могу с этим сделать. С трудом сдерживаю слезы. Хочется вывернуть себя наизнанку и выпустить всю ту боль, что накопилась во мне. Я хочу друзей, но больше не верю в дружбу. Я хочу пить, но боюсь обжечься. Загнала себя в тупик и не вижу выхода. Не знаю, насколько меня хватит. Сил больше нет.