Дигридское золото

Каждая трата обязательно записывалась в толстенький журнал казначея – этими пометками в случае неповиновения мне доходчиво напомнят об обязательствах.

– Да мне ничего не нужно.

– Может, тебе следует заняться городом? Он довольно сильно пострадал. Люди могут быть недовольны.

– Посмотрим.

Он важно кивнул, словно принял к сведенью не односложный ответ, а длинное разъяснение.

– Мы с тобой не настолько хорошие знакомые, но мне всё-таки очень интересно, и я спрошу. Почему ты решила вернуться и создавать свой Корпус усмеров именно здесь?

– Не поняла вас.

А что не так с этим местом?

– Усмеров здесь сторонятся. Может, уже слышала? Порченками иногда называют. А ты всё-таки приехала. Почему не осталась в Анулейне, где к таким, как ты, относятся намного терпимее?

Я оттопырила нижнюю губу и на секунду задумалась над дельным ответом.

– В каждом земельном владении есть свои драгоценности. На севере разводят лошадей. У Хи?смер это роскошные вина и фруктовые сады. Там, знаете, прекрасная земля для фруктовых деревьев и винограда.

У Ихира Хаелион, вот, золота много. И он считается самым богатым господином. А у меня Молочные озёра. Но есть кое-что важнее, намного. Кое-что, что есть у всех земельных господ в нашей стране, но о чём они даже не подозревают. Хотя, скорее просто пренебрегают.

– И что же это?

– Усмеры. Самые сильные усмеры в этой стране.

– Почему?

Я пожала плечами. Секретарь разочарованно вздохнул и решил покинуть кабинет. Видимо, услышать такую причину ему было достаточно.

Меня подобное завершение разговора тоже вполне устроило.

***

Мануиль зашёл на кухню после ужина, когда все разошлись. Осталась только одна служанка, чтобы навести порядок перед тем, как все в поместье уснут.

– Здравствуй ещё раз.

Бавва вздрогнула и развернулась.

– Я думала, вы уже отбыли.

– Решил остаться.

Мануиль неловко улыбнулся, пожал острыми плечами и протянул служанке небольшую коробочку.

– Хочу попросить прощения. Сегодня я повёл себя довольно грубо.

Это в знак примирения. Не подумай, что я хочу тебя оскорбить или… Это шоколад.

Бавва тихо ахнула и взяла коробочку. Она робко осмотрела её со всех сторон и на упаковочной бумаге от чуть влажных пальцев осталось множество ярких следов. Затем медленно поднесла шоколад к носу и вдохнула. Уголки её губ поднялись, и она спросила:

– С апельсином?

Он улыбнулся в ответ, признавая про себя, что ему приятна настолько искренняя благодарность.