Дигридское золото

Видимо, пару мгновений назад она спала за рабочим столом, положив голову на руку. У дигридки были красные, заспанные глаза, влажные от выступивших от резкого пробуждения слёз, и ей приходилось часто моргать.

Они посмотрели друг на друга и на секунду замерли. Девушка ошарашено изучала раннего гостя, а сам Барсиф не сразу понял, что перед ним именно она. Госпожа. Сейчас её лицо слишком отличалось от того, что Сынка видел при осаде города. Острота скул и подбородка, которую в бою он нашёл хищной, в уютном поместье рода Сфета казалась просто-напросто болезненной.

– Сынка, это ты, что ли?

Он кивнул. Радис ещё раз осмотрела его с ног до головы, а потом задумчиво произнесла:

– Пойдём-ка сначала приведём тебя в порядок. А после поговорим.

В неловком молчании они спустились на первый этаж и завернули в водную комнату по соседству с кухней. Там уже знакомые мужики принесли последние вёдра и опрокинули их в вытянутую железную бочку с печкой. Барсиф собрался было взяться за растопку, но не успел – Радис расстелила циновку на полу, села скрестив ноги, и положила руки на низ бочки.

– Сейчас я нагрею воду. Иди в соседнюю комнатку. Ковши и тазы под лавкой, холодная вода в дубовой бочке. Одежду тебе принесут новую.

– Ага, – как во сне ответил он.

Сынка во все глаза смотрел на бак, на руки Радис. Ждал, что вот-вот от пальцев в разные стороны запляшет пламя, повалит пар и тут же станет трудно дышать. Но вместо этого он услышал едва уловимый гул. В комнате становилось всё теплее и теплее.

Большой пузырь за панцирем бака полетел наверх, всколыхнул воду, и она выплеснулась, потекла по стенкам и начала испаряться.

– Посмотрел? Иди уже, – тихо сказала Радис.

Барсиф влетел в купальню и стал соскребать с себя всю грязь, словно боялся, что за одно маленькое пятнышко его выгонят из поместья. При этом он торопился, нещадно тёр ступни пемзой, как будто кто-то мог указать на них, как на доказательство того, что он не достоин обучаться.

Закончив, парень нашёл на лавке за дверью комплект одежды и полотенце.

А в столовой его уже ждала Радис. Она пила чай и наблюдала через окно, как мужики таскают брёвна.

– Честно сказать, как-то неловко себя чувствую, – сказала она.

Барсиф сел напротив неё и, немного замешкавшись, решился начать самый важный разговор в его жизни:

– Я тоже.

– Зачем пришёл? У тебя какое-то дело? Или что-то случилось?

– Ты очень изменилась. Я едва тебя узнал, – неожиданно для себя сказал он вместо ответа.