Теперь я живу у тебя

Так чего мне закрываться в четырех стенах? Петя явно переживать не будет, а будет развлекаться с Жанной. Так я чем хуже? И он меня не обвинит, что я против него настраиваю сына. Да и Макару это может быть полезно. Если он поймет, что мы всегда будем рядом, что можно прийти или ко мне, или к отцу с проблемами, то вернется уверенность в жизни, которую мы у него отняли.

Я где-то час собиралась с силами позвонить Пети. Для меня это было почему-то тяжелым испытанием. Хотя я понимала почему, но думать об этом боялась.

Получалось, что если Петя завтра заберет с собой Макара, то у меня будет почти свидание с начальником, как в каком-то сериале. А я еще официально замужем. И это же считай задел на новые отношения, к которым я совсем не была готова. Мне было страшно. Макар же был хорошей отмазкой, что я не могу никуда выбраться. Что мне надо было больше проводить времени с сыном. Но прятаться за сыном… Надо быть смелее.

Петя ответил сразу. Такое ощущение, что он держал телефон в руках.

Странно. У нас с ним была договоренность, что дома мы телефонами пользуемся минимум.

– Петь, извини, что беспокою. Ты завтра вечером к себе Петю можешь взять?

– А чего случилось?

– Просто он сильно переживает все происходящее. Может с ним пообщаешься? Я хочу ему показать, что даже если мы разошлись, то останемся с ним. Так возьмешь его на вечер, а там я его заберу. Или ты подвезешь к одиннадцати часам. Заодно скажешь, что с бабушкой все же ссориться не стоит.

Вы же с ним собирались кроликов ей покупать. Думаешь, что она одна справиться с ними? Без его помощи?

– Это да.

– Да и не хочу я, чтобы он целыми днями на улице болтался. Сейчас он все очень остро переживает, а там до беды недалеко.

– Я тебя понял. Завтра его возьму к себе.

– Спасибо.

Вот и все. Разговор закончился. Только голос Пети больно ударил по нервам. Вроде он меня предал, но у меня не было к нему зла. Сейчас я просто скучала. Видимо злость подойдет позже.

Но пока…

Фильм меня раздражал. Еще я и попкорном подавилась и закашлялась. От сладкого торта заболел живот. Короче, вечер прошел отвратительно. Макар разговаривать со мной не хотел. Когда я ему сказала, что завтра он к отцу поедет, Макар только хмыкнул. Но я все еще надеялась, что он вскоре перестанет злиться.

Александр Павлович молча за мной наблюдал и молчал. Похоже он был чутким человеком, раз не лез, когда мне это было не нужно.