Год первый

Все они были хорошо воспитанными темноволосыми юношами, как и требовала традиция. Первый, кто переступит порог в новом году, должен обладать этими качествами, чтобы принести удачу.

Но в дом проникли лишь несколько снежинок, порыв ветра и непроглядная темнота, какая бывает только в сельской местности.

Росс стоял ближе всех к двери, а потому подошел к выходу, выглянул наружу и шагнул на крыльцо. Пробежавший по спине мороз мужчина воспринял как следствие царящего на улице холода и странной, выжидающей тишины.

Сам воздух замер.

Показалось или на самом деле раздался шорох крыльев и протянулась длинная тень – чернильно-черная на фоне темноты?

Росс Маклеод вздрогнул и шагнул обратно в дом. Мужчина, которому не суждено было насладиться следующим праздничным ужином и поприветствовать следующий новый год, оказался первым, кто переступил порог.

– Наверное, неплотно закрыли дверь, – произнес он, спеша к камину, чтобы согреться.

Возле огня сидела пожилая женщина – прабабушка молодых Фрейзеров.

Она куталась в теплую шаль. Рядом лежал костыль.

– Вам принести виски, миссис Фрейзер? – вежливо предложил Росс.

Собеседница неожиданно крепко схватила его за руку своими тонкими, в старческих пятнах пальцами. Темные глаза впились в лицо мужчины.

– Все уже забыли то, что было предсказано много лет назад, – проскрипела она.

– Что же?

– Щит будет разрушен, а завеса порвана с помощью крови Туат Де Дананн[6 - Туат Де Дананн – Народ богини Дану – четвертое из мифических племен, правивших Ирландией.

]. Грядут конец и беда, распри и ужас – начало и свет. Не думала, что доживу до этого времени.

Росс мягко и снисходительно потрепал ее по руке. Кое-кто говорил, что в миссис Фрейзер течет кровь фейри. Другие считали старуху выжившей из ума. Однако от ее слов по спине снова пробежал холодок, а волосы на затылке встали дыбом.

– И ты станешь всему причиной, дитя древних.

Ее глаза потемнели, а голос стал глухим, заставив Росса вздрогнуть от ужаса:

– Отныне между рождением и смертью времен воспрянут от долгого сна силы – как темные, так и светлые.

И грядет кровавая схватка между ними. Но родится средь молний Избранный, коему подвластен будет меч. Но прежде немало выкопают могил, и твою – одной из первых. Война предстоит долгая, и закончится ли – никому то не ведомо. – На лице старухи промелькнуло сочувствие, и она шепотом завершила: – Но винить в том некого. И давно забытая магия снова благословит наш мир.