Наследие

Она могла бы настучать ее на компьютере, распечатать и отправить, но это ж то же самое, что электронка. Тут, думалось ей, сам акт письма делает эти письма личными.

Она часто обменивалась сообщениями и с Майей и даже посылала рукописную открытку время от времени.

Няни у нее уже больше не было: Мими влюбилась в Айзека, вышла замуж, и у них родились свои двое детей. Ну, и к тому же через полтора месяца Эдриен исполнялось семнадцать.

Мими по-прежнему работала у Лины, но в качестве секретаря: помогала планировать деловые встречи, вместе с Гарри организовывала интервью и выступления.

Карьера матери была головокружительной – книги и диски, события в мире фитнеса, мотивационные речи, появление на телевидении (у нее была эпизодическая роль в сериале «Закон и порядок»).

Бренд «Йога-беби» был на вершине успеха.

Главный фитнес-зал «Эвер-фит» в Манхэттене превратился в франшизу фитнес-залов, разлетевшихся по всей стране. Линия одежды для фитнеса, линия здоровой еды, масел, свеч, лосьонов, марки оборудования для залов насчитывали меньше десяти лет, но из когда-то небольшого предприятия превратились в миллиарднодолларовую фирму национального масштаба.

«Йога-беби» финансировала летние лагеря для детей из необеспеченных семей и щедро спонсировала убежища для женщин, так что Эдриен не могла сказать, что мать не возвращает обществу долги.

Но почти всегда Эдриен приходила из школы в пустую квартиру. Она шутила в разговорах с Майей, что у нее со швейцаром куда более близкие отношения, чем с матерью.

Самый тесный контакт у них, думала Эдриен, в сущности, был в те недели, когда они вместе работали над ежегодным диском «Упражнения для матери и дочери».

Но Эдриен жила свою жизнь, и она уже решила, что делать с ней дальше, когда можно будет принимать собственные решения.

Первое она уже приняла и сейчас сидела на теплом ветерке, ожидая, когда упадет дверной молоток. Долго ждать не пришлось.

Слышно было, как отодвинулась за спиной стеклянная дверь, громко стукнувшись о стопор.

– Эдриен, что за безобразие? Ты еще даже не начала вещи собирать, а нам уезжать через час.

– Тебе уезжать через час, – поправила Эдриен, не переставая писать. – Я не начала собирать вещи, потому что я не еду.

– Не будь ребенком. Завтра в Лос-Анджелесе полный рабочий день. Собирайся давай.

Эдриен отложила перо, обернулась на стуле, встречая взгляд матери.

– Нет, я не еду. Я не дам тебе меня таскать за собой по всей стране две с половиной недели.