Прыжок пумы

Твоя очередь. – Он передал ей эстафету.

Они поменялись местами. Не давая Лил передышки, Куп молниеносно совершил подачу. Лил коснулась мяча битой, но полноценно отбить не смогла. Следующий мяч она отбила вертикально вверх. А вот третья подача прошла на ура. У Купа мелькнула мысль: «Будь здесь бейсбольный парк, она бы тренировалась еще круче и я бы сейчас продул».

– А ты молодец.

– Мне нравятся высокие и внутренние подачи. – Ударив битой о клетку, Лил направилась к полю. – У нас игра в следующую субботу.

Какая-то дурацкая игра. Но хоть что-то. Интереснее, чем просто скучать в этой дыре.

– Может быть.

– А ты ходишь на настоящие игры? Например, на стадион «Янки»?

– Конечно. У моего отца есть сезонный абонемент, места в ложе, прямо за линией третьей базы.

– Не может быть!

Произвести на нее впечатление было, пожалуй, приятно. Жизнь не так уж плоха, когда есть с кем поболтать о бейсболе, пусть даже это девчонка с фермы. К тому же она умеет обращаться с мячом и битой, а это явный плюс.

Тем не менее Куп только пожал плечами, а затем проследил за тем, как ловко Лил проскользнула через линию колючей проволоки. Он не стал возражать, когда она повернулась и раздвинула колючки, чтобы он мог пройти.

– Мы смотрим матчи по телевизору или слушаем по радио. А однажды мы ездили в Омаху, чтобы посмотреть игру. Но я никогда не была на стадионе высшей лиги.

И это напомнило ему, где он находится.

– Ты в миллионе миль от него.

– Папа говорит, что однажды мы возьмем отпуск и поедем на восток. Может быть, в Фенуэй Парк[5 - Фенуэй Парк – бейсбольный стадион возле Кенмор-сквера в Бостоне, штат Массачусетс, домашняя арена команды Boston Red Sox.], потому что он фанат «Ред Сокс». – Она нашла мяч и сунула его в задний карман. – Он любит болеть за аутсайдера.

– Мой отец говорит, что умнее болеть за победителя.

– Почти все так и делают, поэтому кто-то должен болеть за аутсайдера.

Он усмехнулся прежде, чем до него дошел смысл ее слов:

– Вот как.

Он поднял мяч, перебрасывая его из руки в руку, пока они шли к деревьям.

– А что вы делаете со всеми этими коровами?

– Это мясной скот. Мы их выращиваем, а потом продаем. Люди их едят. Держу пари, даже люди в Нью-Йорке любят стейк.