Прыжок пумы

Купаясь в расплавленном жаре, она почувствовала, как он продвинулся вперед и вдавился в самую сердцевину ее естества. Она открыла глаза, пытаясь сосредоточиться; смотрела ему в лицо и тонула в ясности этих кристально-голубых глаз.

Стало больно. Боль на фоне удовольствия была столь пронзительно-неожиданной, что она застыла, отказываясь признавать ее существование.

– Прости… прости.

Она не знала, намерен ли он остановиться или продолжать, но понимала, что находится на грани чего-то невообразимого. Она обхватила его бедра и приподнялась, чтобы ощутить его и познать всем своим существом.

Боль обожгла ее снова; еще одно онемение от шока, и вот он уже внутри нее. Стал с нею единым целым.

– В самый раз, – выдохнула она.

Он уронил голову ей на плечо, задыхаясь и захлебываясь смехом:

– Боже, Лил… О боже… Не думаю, что я смогу остановиться сейчас…

– Зачем останавливаться?..

Она вцепилась в него покрепче, снова приподняла бедра и почувствовала, как он движется в ней.

Тело Купера дрожало над нею, и ей казалось, что под нею дрожит земля.

Внутри нее все открылось навстречу новым ощущениям и наполнилось ими; теперь она тоже знала, каково это.

Она вскрикнула от удовольствия – еще сильнее, чем до этого от боли, – и унеслась вместе с ним на самый пик наслаждения.

5

Они играли в ручье, мылись в прохладной воде, дразня и щекоча тела друг друга, так что дыхание перехватывало.

Мокрые и полуголые, они набросились на провизию Лил словно пара голодных волков. Пока лошади были привязаны и дремали, они прихватили рюкзаки и отправились на короткую прогулку по тропе.

Все вокруг играло новыми, мощными красками.

Остановившись среди сосен, Лил указала на следы:

– Волчья стая. Кошки конкурируют с ними за пищу. В основном они друг друга не беспокоят. Здесь много крупной добычи, так что…

Он ткнул ее пальцем в живот:

– Я должен был догадаться, что ты выбрала этот путь не просто так.

– Мне было интересно, покрывает ли эту территорию запримеченная мной самка.

Она, вероятно, сейчас к западу отсюда, но волки подтвердили бы тебе, что это хорошая территория. Мы построим здесь убежище.

– Для кого?

– Для всех них. Вымирающих, раненых и обездоленных. Для тех, кого люди покупают или отлавливают, чтобы завести себе экзотических питомцев, а потом понимают, что не могут их содержать. Я попрошу отца выделить под это территорию; мы на стадии уговоров, но я все устрою.

– Здесь? В холмах?

Она решительно кивнула.