Прыжок пумы

Тот грозовой фронт прошел на восток.

Как часто бывало, утренний разговор был посвящен погоде, домашней утвари и хозяйственным делам. Принимаясь за завтрак, Лил подумала, что все выглядит так, будто она никуда и не уезжала.

Через час, оседлав лошадей, они с отцом двигались по тропе, ведущей к заповеднику.

– Тэнси сказала мне, что Фарли много времени посвящает волонтерской работе в убежище.

– Мы все стараемся помогать по мере сил, особенно когда ты в отъезде.

– Папа, он в нее влюблен, – сказала Лил. Тэнси была ее соседкой по комнате в колледже и штатным зоологом.

– В Тэнси? Да ну, – рассмеялся он. Потом до него стало доходить, что она не шутит. – Правда?

– Я почувствовала это, когда он начал регулярно работать волонтером в прошлом году. Я не придала этому значения… она вроде как моя ровесница.

– Старушка.

– Ну, у них несколько лет разницы. Я вижу сильный интерес с его стороны. Она красивая, умная и веселая. Чего я не ожидала, так это того, что в ее сообщениях между строк тоже читается симпатия.

– Тэнси интересуется Фарли? Нашим Фарли?

– Может, я ошибаюсь, но у меня такое ощущение. Нашим Фарли, да, – повторила она, глубоко вдохнув морозный воздух. – Знаешь, когда мне было двадцать, я думала, что вы двое сошли с ума, взяв его к себе. Я думала, что он ограбит дом и свалит, пока вы спите, по крайней мере украдет ваш грузовик, и на этом все закончится.

– Он не украдет ни цента. Это не в его натуре. Это было видно с самого начала.

– Вам с мамой – да. И вы были правы. Думаю, я права в своих подозрениях, что моя университетская верная коллега положила глаз на нашего дурашливого, добродушного Фарли.

Лошади бежали по дорожке легкой рысью и вздымали снег, их дыхание было похоже на дым.

Когда приблизились к воротам, отделявшим ферму от убежища, Лил рассмеялась. Ее коллеги повесили на воротах огромный плакат с надписью: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ, ЛИЛ!»

Рядом было множество следов, оставленных снегоходами и лошадьми, людьми и животными.

Она спешилась, чтобы открыть ворота. «Как потянем финансово, установим здесь автоматические двери», – подумала она. А пока что нужно было пробраться через сугроб, чтобы открыть задвижку. Засов заскрипел, когда Лил распахнула дверь, чтобы отец мог провести лошадь.

– Вас никто не беспокоил? – спросила она, снова садясь верхом. – Я имею в виду людей.