Одно лето

В путешествии первым делом придется как-то разобраться с разницей в их биологических ритмах. Брайан, конечно, понимала красоту и мощь фотографии, сделанной на рассвете, однако предпочитала загадочные цвета заката.

– Хорошо. – Она встала, стряхнула песок с шортов и натянула футболку поверх купальника. Шейд вполне мог бы сказать, что без нее Брайан выглядела более целомудренной. Футболка обтягивала бедра и просто приковывала к ним взгляд. – Только ты поведешь первым, – продолжила Брайан. – Я начну нормально функционировать часам к десяти.

Шейд не знал, зачем сделал это, он ведь всегда обдумывал все движения, текстуры, формы и цвета. Расчленял их в поисках структуры, а потом собирал вновь. Таков Колби, и импульсам в его жизни не было места. Но сейчас он протянул руку и схватил косу Брайан, совершенно не задумываясь о последствиях. Уж очень хотелось прикоснуться к ее волосам.

Она удивилась, он заметил, но не отпрянула. Впрочем, на губах у нее не было той полуулыбки, которой женщины обычно награждают мужчин, прикоснувшихся к тому, что им понравилось.

Ее волосы оказались мягкими. Колби давно заметил это и теперь смог подтвердить свою догадку. Его, правда, по-прежнему расстраивало то, что они не развевались свободно, их нельзя было пропустить сквозь пальцы.

Он не понимал Брайан. Пока не понимал. Она зарабатывала на жизнь, снимая элиту, блеск, показную роскошь, а сама при этом была невзыскательна. Из украшений носила только тонкую золотую цепочку, на которой в ложбинку между грудей спускался маленький египетский крест.

Духами не пользовалась, но аромат ее тела манил Шейда. Она могла с помощью нескольких женских штучек превратиться в нечто восхитительное, но, кажется, игнорировала эту возможность, предпочитая простоту. И это само по себе привлекало.

Несколько часов назад Брайан решила, что не позволит ставить себя в тупик. Шейд же только что решил, что не позволит себя соблазнить, и тут же молча выпустил ее косу.

– Куда тебя отвезти, домой или в студию?

Вот так? За несколько секунд он справился с ней и теперь хотел знать лишь, где ее высадить.

– В студию. – Она наклонилась и подобрала сумку с камерой.

Во рту пересохло, но она выкинула еще наполовину полную банку с газировкой в урну, сомневалась, что сможет глотать, в горле стоял ком. А пока они шли к машине Шейда, Брайан поняла, что если она сейчас хоть что-нибудь не скажет, то взорвется.