Одно лето

Не имея возражений, Шейд пожал плечами.

– Если хочешь чем-то залить свою конфету, там сзади канистра с соком.

– Правда? – Брайан всегда была не прочь отправить что-нибудь в желудок, поэтому тут же повернулась и полезла в хвост фургона.

С утра она не обратила на машину особого внимания, заметила лишь, что за ней ухаживают и кузов черного цвета. Сзади по бортам шли мягкие скамейки, которые для не очень привередливого путешественника могли сойти за кровать, но она решила, что лучше спать на голом полу.

Все оборудование Шейда было аккуратно уложено и закреплено, а вещи Брайан валялись кучей в углу.

Под потолком виднелись черные полки из полированного дерева, где хранились вещи первой необходимости – кофе, электрическая плитка и маленький чайник. «Это все пригодится, – подумала Брайан, – если остановиться в каком-нибудь электрифицированном кемпинге». Она стала искать канистру с соком, ради которой полезла в кузов.

– Ты будешь?

Шейд посмотрел в зеркало заднего вида. Брайан широко расставила ноги для равновесия, одна ее рука лежала на шкафчике.

– Да.

Она вернулась на свое место, захватив сок и два больших пластиковых стакана.

– Все удобства, просто как дома. – Она мотнула головой назад. – Часто путешествуешь на машине?

– Когда есть необходимость. – Он услышал, как лед бьется об стакан, и протянул руку. – Не люблю самолеты: упускаешь возможность сфотографировать что-нибудь по пути. – Шейд выбросил сигарету в окно и стал пить сок. – Если нужно отправиться дальше, чем за восемьсот километров, всегда еду на машине.

– А я ненавижу самолеты. – Брайан сползла набок и оперлась на дверь. – Но, кажется, обречена постоянно летать в Нью-Йорк, чтобы кого-то сфотографировать, потому что этот кто-то не может или не хочет приехать ко мне. Я беру с собой пузырек таблеток от укачивания, запас шоколадных батончиков, сушеную кроличью лапку и какой-нибудь социально значимый учебник. Это базовый набор.

– Таблетки от укачивания и сушеная кроличья лапка, несомненно, важнее всего.

– Шоколад от нервов. Я ем его, когда волнуюсь. А книга – самый спорный пункт. – Она взболтала содержимое стакана, звякнул лед. – Я читаю и этим будто говорю: «Видите, я тут делом занимаюсь, потому не мешайте мне, давайте обойдемся без авиакатастроф». К тому же от чтения я засыпаю через двадцать минут.

У Шейда уголок рта пополз вверх. Брайан приняла это за добрый знак, путешествие длиной в несколько тысяч километров уже не казалось ей страшным.