Элизиум

Я очень быстро поняла, что не стоит никому говорить свою фамилию по мужу, а остальные еще быстрей усвоили, что произносить эту фамилию под крышей Элизиума крайне нежелательно. Хранители установили в доме особую сигнализацию, и слово «Нотт» призывает их сюда быстрее, чем что-либо иное. Они карают всякого, кто скажет это, и выжить в результате никому еще не удавалось.

И уже совершенно неважно, что Томас явился сюда не просить убежища и что он сомнительным образом связан с Бетти. Его шансы остаться в живых только что свелись к нулю.

Я бросаюсь на кухню, зная, что спасти его уже не смогу. Мне просто нужно, чтобы он отказался от своих слов, прежде чем явятся Хранители.

– Ты лжешь! – визжу я.

Томас чуть из кожи не выпрыгивает от неожиданности, но быстро приходит в себя и одаривает меня гневным взглядом. Вместо ответа он напряженно говорит Бетти:

– Мои извинения, миледи. Ваша домовладелица подслушивает чужие разговоры и… да, конечно же, вы можете ее услышать, – быстро отвечает он, переобуваясь на лету, как умеют только лучшие слуги.

Томас снова поворачивается ко мне спиной, и я бросаюсь к нему. – Гнездо Солт-Лейк утверждает, что у них под защитой находятся двое свидетелей, и герцогиня Оливия предложила вашу кандидатуру для руководства процессом. А Зола сказала…

Я вырываю у него из руки трубку и швыряю ее на стол.

– Отвечай!

Я не вижу, как Томас замахивается, но определенно чувствую, как его кулак врезается мне в щеку. Я отшатываюсь на пару шагов в сторону и падаю, прихватив с собой стул.

Падение больнее, чем удар по лицу, но по крайней мере я могу ухватиться за эту боль, спасаясь от головокружения.

Вот и вторая роковая ошибка. Колдовство Элизиума мгновенно отзывается у меня внутри и рычит на обидчика, в груди становится тесно: дом готовится выдворить его силой. Сквозь звон в ушах я слышу крик Фалькора и Смерга.

– Стойте! – кричу я, но поздно. Мы уже не одни.

Между мной и Томасом стоят двое Хранителей. Я целых шестнадцать лет мучительно наблюдала, как эти твари являются сюда и исчезают когда вздумается, но все равно каждый раз, когда они возникают вот так беззвучно и внезапно, не могу сдержаться, чтобы не отпрянуть.

Хранители превосходят статусом всех в Обществе, потому что связаны с вратами, но никто никогда им не рад. Они больше всего отравляют мне жизнь.

Под градусом, вот как сейчас, я могу сравнить их лишь с полярными совами – разве что ростом Хранители под три метра и в десять раз страшнее.