Элизиум

Все равно что встретить кого-нибудь из посетителей бара в очереди в продуктовом: знаешь, что видела человека где-то, но не понимаешь где. Или учуять запах духов, которые любила в детстве, но с тех пор никогда не встречала.

Я сдерживаюсь, чтобы не вытереть потные ладони о штаны, и иду к нему.

– Добрый вечер, – говорю я так спокойно, что сама собой горжусь. – С чего желаете начать?

– Ты Эвелин из Элизиума, – отвечает он. – И у тебя есть кое-что, что принадлежит мне.

Глава 3

В «Сглазе» тихо не бывает никогда, но тишина, воцарившаяся между мной и незнакомцем, бездонна, как пучина.

Когда становится очевидно, что без подсказки незваный гость ничего объяснять не станет, я жестом велю ему подождать и обхожу стойку. Один раз оборачиваюсь убедиться, что он наблюдает за мной, затем шагаю к дверям. По меньшей мере секунд десять вдумчиво изучаю вывеску с названием нашего бара, картинно киваю, а затем возвращаюсь на место за стойкой.

– Вы сказали «Элизиум», – говорю я. – Однако, судя по всему, находитесь в баре под названием «Сглаз».

И меня это не устраивает, потому что я очень четко всем дала понять, что Обществу здесь не рады.

Незнакомец пытается в меня вцепиться, да так быстро, что я готова поклясться: в нем есть змеиная природа. Я отшатываюсь и врезаюсь в кого-то, кого еще секунду назад рядом не было. К счастью, этот неведомый кто-то оказывается быстрее меня, хватает незнакомца за запястье и отбрасывает его руку прочь прежде, чем тот успел бы схватить меня за горло. Но еще немного – и он бы успел, так что сердце у меня колотится как бешеное и в висках пульсирует боль.

И тут я слышу над ухом напряженный голос Бетти.

– Прошу, – говорит она. – Мы ведь это обсуждали.

Чужак выдергивает руку из хватки Бетти и мрачно смотрит на нее.

– Ты говорила, что она будет нам содействовать. Ты снова мне солгала, Александра?

Бетти касается моего плеча и осторожно отодвигает в сторону, чтобы встать рядом. Я перевожу взгляд с нее на незнакомца и вижу у него в глазах враждебность, а у нее – тревогу.

Бетти быстро опускает взгляд, но поднимает руки, то ли пытаясь его успокоить, то ли прося прощения. Я никогда не видела, чтобы Бетти кому-то в чем-то уступала, и мне становится не по себе: сердце определенно пропускает удар, и не один, а этак с полдюжины. Борясь с нервной дрожью, я сглатываю и снова оглядываю незваного гостя.

– После стольких лет ты все еще мне не доверяешь? – спрашивает Бетти.

– Насчет него ты ошиблась, – не сдается чужак.